За сухим мартини их разговор вновь принял непринужденный характер. Оба так увлеклись беседой, что даже не заметили вернувшуюся Лиз Хенли.
Вид у секретарши Макдермотта был весьма подавленный.
— Мне пришлось заехать домой, — тихо сказала Лиз. — До сих пор не могу опомниться.
— Да что с вами сделала эта гадалка? — испуганно спросил Макдермотт, проворно вскакивая на ноги. — Я вас еще такой бледной не видел!
— Как вы себя чувствуете? — спросил Дэн, который уже стоял возле Лиз. — Я врач…
Лиз покачала головой и рухнула в кресло.
— Сейчас все пройдет. Не надо проверять у меня пульс. Мак, налейте мне вина. Это поможет лучше лекарств… Вы знаете, я ехала туда в весьма скептическом настроении. Но Бонни Уилсон… она просто перевернула мои представления. Шарлатанства там нет и в помине. Она — ясновидящая в полном смысле этого слова. И если она предупреждала Нелл относительно Питера Лэнга, к ее словам нужно прислушаться.
63
После ухода Герты Нелл вновь включила компьютер и перечитала статью, написанную для пятничного номера газеты. Статья касалась истории президентских избирательных кампаний в Соединенных Штатах, которые с каждым разом становились все длиннее и драматичнее.
Нелл решила, что ее следующая статья будет последней. Она попрощается со своими читателями и сообщит им о намерении вступить в борьбу за место в Конгрессе, которое долгие годы занимал ее дед.
Решение она приняла еще две недели назад, но только сейчас вопросы и сомнения отступили окончательно. Нелл уходила в политику не из подражания Маку. Пример деда, конечно же, вдохновлял ее. И все же стремление пойти на государственную службу было ее собственным. А страхи и броски в сторону? Они тоже были ее собственными?
Нелл задумалась. Имеет ли она право утверждать, что все противодействие исходило только от Адама? Ей вспомнились их частые и долгие споры по поводу ее ухода в политику. Если бы Адам противился этому с самого начала! Нет, перемена в нем произошла уже потом. Нелл листала страницы файлов своей памяти, пытаясь найти поворотную точку, переменившую взгляды Адама на ее участие в политике. Когда они только-только поженились, он был едва ли не самым горячим сторонником ее выбора. Он говорил о преемственности, о политических династиях. А потом Адам вдруг остыл. И не только остыл; он занял откровенно враждебную позицию. Что же все-таки развернуло его на сто восемьдесят градусов? А может, Адам с самого начала был против, но почему-то не хотел этого показывать?
Мучительный вопрос. Он терзал Нелл и прежде, а после гибели Адама впился в нее с удвоенной силой. Может, ее мужа пугало, что их жизнь окажется словно под микроскопом? Нелл было нечего скрывать; она и так росла на виду у Манхэттена. Значит, Адам опасался пристального внимания к своей жизни?
Устав сидеть, Нелл пошла бродить по квартире. Сделав несколько кругов, она остановилась возле книжных полок, тянущихся по обе стороны от камина. У Адама была странная привычка: он выдергивал с полки первую попавшуюся книгу, пролистывал и потом запихивал куда попало. За эти дни Нелл навела порядок и здесь, вновь собрав свои самые любимые книги на одной полке. Рядом стояло уютное кресло-качалка.
…Она тогда сидела в этом кресле и читала какой-то роман. Это был вечер, когда Адам впервые ей позвонил. Она почти две недели ждала его звонка, испытывая самые разные чувства: от тоски до всплесков женской гордости. Потом наступил черед самоиронии. «Я что, средневековая принцесса, годная лишь на рукоделие и вздохи?» — спрашивала она себя.
Ее встрече с Адамом предшествовала свадьба Сью Леоне, университетской подруги Нелл. Почти все, с кем она была дружна, успели жениться и выйти замуж. На свадьбу Сью они притащили альбомы со снимками своих малышей. Нелл отчаянно хотелось с кем-нибудь познакомиться. Помнится, они с Гертой даже шутили по этому поводу. Герта говорила, что у Нелл проявляется обостренный инстинкт гнездования.
Герта советовала ей не бросаться замуж очертя голову, но и не тратить годы на ожидание «того, единственного».
— Не повторяй моих ошибок, — говорила она своей внучатой племяннице. — Задним числом я понимаю, что по меньшей мере дважды могла бы очень удачно выйти замуж. Так кого, спрашивается, я ждала?
Адам в тот вечер позвонил поздно, где-то около десяти. Сказал, что уезжал из Нью-Йорка по делам и задержался дольше, чем рассчитывал. Он очень скучал по ней, но, как назло, забыл дома визитку с ее номером.
«Я была готова влюбиться и легко поддалась на чары Адама, — думала Нелл. — Я тогда вовсю помогала Маку. Адам работал в мелкой архитектурной фирме. Нам обоим казалось: все только начинается, а впереди — долгая, многообещающая жизнь»… Их роман был стремительным и через три месяца закончился свадьбой. Тихой свадьбой для узкого круга. Да Нелл и не нужна была свадьба, которая наделала бы шуму на весь город.