Во вторник смотритель дал ей ключ от офиса. Пойдя внутрь и закрыв дверь, Нелл вновь ощутила непонятную глубокую тревогу. «Ну что ты, в самом деле? — мысленно отругала она себя. — Призраков тут нет, а бумаги не кусаются».
Нелл прошла в кабинетик Уинифред и представила ее сидящей за столом, с робкой, заискивающей улыбкой. Глаза Уинифред никогда не смеялись; беспокойные, умоляющие глаза девочки из сиротского приюта, которую постоянно за что-то ругали.
А может, все это было… безупречно разыгрываемой ролью?
Нелл открыла офисный шкаф, выдвинула нижний ящик и достала оттуда упаковочную бумагу и бечевку. Бечевки с вплетенной цветной нитью попадались не часто. В полиции, конечно же, произведут экспертизу, однако Нелл чувствовала: бечевку, которой были перевязаны коробки с деньгами, отрезали от одного из этих мотков. И бумагу брали отсюда.
За несколько минут, что она провела здесь, в помещении стало значительно жарче. Нелл спешно бросила в пластиковый мешок несколько листов бумаги и моток бечевки. «Выбираться, скорее выбираться отсюда, — твердила она себе. — Не заплутай. Эта дверь в кабинет Адама. Тебе там нечего делать. Тебе нужна вон та дверь».
Нелл добралась до двери офиса и рванула на себя ручку. Дверь не открывалась. Нелл показалось, что она обожгла себе руку — дверная ручка была раскаленной. Тогда Нелл другой рукой стала отчаянно барабанить в дверь. У нее вдруг запершило в горле, словно она наглоталась едкого дыма.
— Что случилось, миссис Колифф? Опять эту чертову дверь заклинило? — послышался снаружи голос смотрителя.
Он навалился плечом и открыл дверь. Нелл ошалело выскочила в коридор. Возле лестницы у нее подкосились ноги, и она села прямо на ступени.
«Опять, — подумала она. — Это не галлюцинация. Это предупреждение».
Нелл осмотрела свою ладонь. Никаких следов от ожогов. И горло больше не царапает, хотя дышала она все еще с трудом.
— Может, вам дать успокоительного? — предложил подошедший смотритель.
— Спасибо, не надо. Сейчас пройдет.
— Понимаю. Вам тяжело бывать здесь. Все осталось: мебель, бумаги. А они уже сюда не вернутся: ни ваш муж, ни мисс Джонсон.
Дома Нелл ждало сообщение на автоответчике, оставленное Дэном Майнором.
— Нелл, я только что говорил по телефону с Маком. Кажется, мы становимся с ним близкими друзьями. Он уже договорился с кем надо, и там поднимут записи. Как вы насчет того, чтобы пообедать вместе? Я вам перезвоню.
Нелл проиграла запись снова, потом еще раз. Ей было приятно слушать спокойный, уверенный голос Дэна; особенно после кошмара в офисе Адама. «Наверное, Мак не удержался и рассказал ему о моем звонке», — подумала Нелл.
Рядом с аппаратом лежала визитная карточка Джека Склафани. Нелл снова набрала его служебный номер. Трубку сняли сразу же.
— Мистер Склафани, мне срочно нужно вас видеть… Нет, не у вас в управлении. Пожалуйста, приезжайте ко мне домой… К сожалению, это не для телефона.
— Хорошо, через час мы с инспектором Бреннаном подъедем, — пообещал Склафани.
Больше всего Нелл сейчас хотелось стереть память о страшных минутах, проведенных в офисе Адама. Увы, память — не кассета автоответчика. Нужно просто чем-нибудь заняться.
Она пошла в гостевую комнату, открыла шкаф. Невзирая на молодость, Адам был удивительно консервативен в одежде. Он признавал лишь три цвета: темно-серый, темно-синий и шоколадно-коричневый. Год назад Нелл почти уговорила его купить темно-зеленую летнюю куртку, которую они увидели в витрине. Они зашли в магазин, Адам примерил куртку и… снова купил темно-синюю. Нелл тогда недоумевала: зачем? Ведь у него уже была точно такая же.
Нелл вытащила куртку и стала рассматривать. Эта была новее и легче его второй куртки. И как раз за ней Адам прислал тогда Уинифред. Он ведь даже приготовил эту куртку, положив на кровать в гостевой комнате. А та, старая, была плотнее и теплее.
Нелл вспомнила, почему так получилось. После их ссоры Адам ушел, забыв куртку и дипломат. Дипломат она отнесла в кабинет, а куртку повесила в шкаф. Торопясь встретить Уинифред на площадке, Нелл схватила дипломат и первую попавшуюся из двух курток. Останься Адам жив, наверное, он бы обрадовался такой ошибке. К вечеру тогда значительно похолодало и пошел дождь.
Нелл уже начала аккуратно складывать куртку, готовясь уложить в коробку. Потом остановилась. Она вспомнила, как через несколько дней после гибели Адама, когда ей было невыразимо горько и одиноко, она надела эту куртку, чтобы ощутить его присутствие. А теперь ей как будто не терпится поскорее удалить все следы этого присутствия.