Только на прощанье, отстегивая ремень безопасности, выдохнула:
— Это было… м–ммятежно!
Рафаэль подмигнул в ответ:
— А то!
Натка потянула из салона пакет со сделанными с утра впопыхах в «Детском мире» покупками. Приближался день рождения старшего – Олега. Но без подарка по этому поводу невозможно было оставить и младшего – Сашку. Иначе праздник именин превратится в затяжную и кровопролитную войну между братьями с воплями и соплями. Из размокнувшего под октябрьским снего–дождем пакета вывалились коробки с двумя идентичными моделями машинок.
— Зачем две одинаковые? – с интересом спросил Рафаэль, помогая Натке вытащить из‑под сиденья закатившуюся коробку.
— Неплохая тачка, между прочим!
— У меня же двое сыновей. И если подарить разные автомобили, то они месяц будут ссориться из‑за того, у кого машина круче.
Все, как у больших мальчиков! – улыбнулась Натка.
— Крутые парни?
— О! Еще какие!
— Клево покупать сыновьям те игрушки, о каких в детстве и мечтать не мог.
— Ага, и играть в них самому. Так все отцы делают. Покупают детям железную дорогу и сами часами и играют.
— Что, правда?
— Не знаю, – легко пожала плечами Соколова. – Мне подружки рассказывали, что их мужья так и делают. У нас пап нет, поэтому и детям достается поиграть.
— А какие модели у них уже есть? – Рафаэль как будто проснулся.
Натка дернулась, оглянулась на подъезд – из него выкатились двое мальчишек лет шести и трех в сопровождении бабушки.
Традиционная для утра процессия, следующая по маршруту «квартира–все попутные лужи–детсад». Пацаны тут же побежали в сторону Наташки.
— А вот сейчас они сами и расскажут! – развела руками Соколова.
Рафаэль, а особенно его тачка, тут же снискали уважение молодого поколения. Старший Олежка даже продемонстрировал знание предмета: «Знаешь, сколько она стоит?» – наставительно дергал он за капюшон младшего брата. «Скока?» – открывал рот младший. «Ты до стольки считать не умеешь!» – пренебрежительно бросил старший и, осекшись, посмотрел на Оганесяна, очевидно, опасаясь с его стороны информационной угрозы своему авторитету.
Конечно, парни тут же развели Рафаэля на «прокатиться до детсада», взяли с него слово, что он еще когда‑нибудь их по–катает, и пообещали показать ему свой автопарк. Попутно они выяснили, нет ли у него случайно еще и пистолета? Для полной крутизны. (Ответ «нет» их не обескуражил и не сильно уронил акции дяди. «Так купи, – посоветовали дети. – В такой машине надо с пистиком ездить, а то по башке хрясь! Бандиты, знаешь, какие?») Старший похвастался, что уже знает, кто такие геи и может объяснить дяде, если тот еще не в курсе. Объяснил. И на всякий случай уточнил: не гей ли дядя? (Как раз накануне сыновья настойчиво потребовали объяснить им смысл этого слова, принесенного из детсада, и все еще были под впечатлением от нового знания, всячески ища ему применение.) – Слышь, мам, – тут же перегнулся к переднему сиденью Олежка. – Дядя не гей, у тебя есть шансы!
Наташка уже тоже поняла, что шансы у нее есть. Качественные дети, даже чужие, производят на некоторых мужчин стимулирующее впечатление, взбадривают их самцовое начало и пробуждают желание «заиметь таких же». Жизнь вообще устроена странно–щедро: работу предлагают тем, кто уже и так пашет; девки вешаются на тех парней, у которых и без них – гарем; ЖЖ–юзеры френдят тех, кто и без того уже тысячник; деньги идут к деньгам; дети – к детям. Все случилось не сразу, но очень естественно.
В ближайшие же дни Натка рекламировала Оганесяну «модную молодежную фишку» – стритрейсинг. Тогда это движение только входило в моду. Раф слушал с интересом. (Да, именно Раф, а не Рафаэль – мужчина внезапно возжелал, чтобы в компании к нему перестали обращаться по имени–отчеству и называли бы его запросто, на американский манер – Раф.) «Ночные гонки, крутые тачки, и все такие драйвовые–драйвовые.
Мне хватило один раз прокатиться с этими парнями, чтобы башню снесло. Адреналин прям из ушей попер!» – зыркала горящими глазами Натка. Оганесян был не против собственными легкими подышать тем же, чем дышит «племя младое незнакомое». И «деловое» объяснение их с Наткой выездам в ночные стрит–рейсерские поля тоже очень быстро нашлось:
Рафаэль как раз собрался развивать бизнес – к сериальному производству добавлялась кинокомпания, снимающая настоящее полнометражное кино. А в кинотеатры, как известно, ходят в основном те, кто еще не отпраздновал свою 35–ю весну. И если компания хочет им угодить, то вожак кинематографистов, конечно же, должен «быть в теме». То, что в его собственном офисе молодых тусуется, как бомжей на площади трех вокзалов, и их тоже вполне можно изучать, Раф и Натка как‑то благоразумно не замечали.