Зацепок полная стена. Кажется, он немного повредился рассудком, выцарапывая разнообразные морские раковины и амулеты.
Хрустальный амулет. Чёрный амулет. Магия воды, магия земли. Родители Тирэль. Вода и земля.
Ментальный амулет спрятан внутри хрустальной капли. Потайное, укрытое от посторонних глаз местечко.
Раковины. Море. Водный дракон. Драконица с магией земли. Вода-земля. Море-скалы.
Тирэль. Бирюзовые крылья. Цвет морской волны...
Рехарр отчаянно рычит, выпущенные когти царапают деревянный стол, оставляя совсем уж бессмысленные рисунки.
***
На следующее утро Эштран подходил к дворцу, когда нежный, сладкий, такой знакомый запах заставил его замереть на месте.
За время пребывания здесь, в статусе формальной любовницы императора Карита, мягкий ванильный аромат Заранеи неуловимо и все же отчетливо изменился. С чем это могло быть связано? Эштран не знал. Вроде бы, так иногда бывает.
Она и сама изменилась. Вместо той встрепанной неопытной девчонки, что трепетала крыльями в гостиной родительского имения, глядя на него со страхом и вызовом, Эштран видел теперь прекрасную молодую женщину, уверенную в себе, улыбчивую, женственную, тёплую и удивительно светлую. И его чувства к ней тоже менялись, проходя извилистый путь от острого, запретного вожделения к тихой, не менее запретной и бессмысленной, но всепоглощающей нежности.
Чувства...
Рядом с Заранеей было просто невозможно их не испытывать. И они не казались неправильной слабостью, а были вдохновляющим подспорьем, которое, как оказалось, можно было иметь даже ему. Позволить себе иметь.... С тех пор, как Заранея считалась невестой Рехарра, казалось, прошла целая вечность, а если считать в днях – всего ничего. Теперь с лёгкой руки этой новой Заранеи они общались – на равных, без давящего груза прошлого.
- Эштран, – ее музыкальный голос показался ему слегка обеспокоенным, а на прекрасном лице между аккуратных золотистых бровей пролегла морщинка.
"Все в итоге вышло к лучшему. Хорошо, что она здесь, рядом. Лучше для всех. С ней так хорошо"
- Леди Заранея, – он слегка поклонился, как и подобало перед любовницей императора.
- Для тебя – просто Заран, я же говорила. Есть один разговор... Найдётся для меня пара минут?
- Для тебя – всегда.
Они отошли в одну из многочисленных беседок, разбросанных вокруг императорского дворца, и он смотрел, как рассеянные листвой лучи солнца скачут по ее распущенным золотым волосам, ровным складкам строящейся нежно-голубой ткани платья, с трудом вслушиваясь в смысл сказанных слов.
- До меня дошли слухи про Рехарра и его интерес к этой... девочке, Тирэль Гартон.
В первый момент Эштрану стало почти смешно: "девочка" была всего на год-другой младше самой Заран. И в то же время между ними как будто лежала целая пропасть. Неужели пребывание во дворце, неизбежное наставничество Ирьении, общение с правящим и других обитателями дворца так изменило ее? Но потом он сосредоточился на смысле сказанных слов.
- Откуда ты знаешь? Рех и сам, кажется, еще не очень-то понял про свой интерес.
- О, у меня есть надежные источники информации, – очаровательно улыбнулась Заранея. – Не спрашивай, откуда, здесь, при дворе, информация – оружие посильнее магических сил. Однако вопрос не в том, кто сообщил мне. Сказать по правде, мне искренне жаль твоего племянника. Я-то полагала, что наш с ним возможный союз был для Рехарра не более чем браком по расчёту, однако, судя по всему, ошиблась и его чувства ко мне, – печальный сочувственный вздох, – оказались более глубокими, трудноискоренимыми.
- Чувства к тебе? – недоуменно переспросил Эштран.
- Ну, конечно, – Заранея сокрушенно подкачала головой. – Разве не очевидно, что весь этот надуманный интерес к этой неоформившейся малышке, которую он почти и не видел, эти его попытки ее найти – слишком похожи на месть мне за мой побег? – еще один вздох. – Возможно, попытки привлечь внимание и вызвать ревность.
- Но... – конечно, она права. Она такая умная, житейски мудрая несмотря на свою юность, и просто не может говорить непроверенную информацию. Однако если бы кто-то другой сказал ему, Эштран безусловно принялся бы спорить – еще несколько минут назад он ни за что бы не признал, что видел в Рехарре хоть какие-то признаки привязанности к бывшей невесте. Но Заранея, как обычно, раскрыла ситуацию под другим углом, и теперь ему трудно было с ней не согласиться. Он даже с трудом припоминал эту девчонку, Тирэль, но нельзя было не принять, что с красивой, соблазнительной, притягательной Заранеей с ее грацией, прекрасными манерами и безукоризненным аристократизмом водная синеглазая драконица, худая, еще нескладная, угловатая, немного диковатая, тягаться никак не могла.