— Калинина, ты чем там занимаешься? Долго мне ещё под дверью стоять? — шиплю не своим голосом, ловя насмешливый взгляд Антонины Дмитриевны.
— Ты уже вернулась? А почему так быстро? Точно всё купила?
— Ты издеваешься? Открой дверь! — громко и чётко проговариваю последнее предложение, пытаясь сохранять терпение.
— Так позвонила бы в звонок, — как ни в чём не бывало говорит Марина и отключается.
Я закатываю глаза. Она меня совсем за дуру держит?
— Спасибо большое, — говорю, возвращая соседке телефон.
— Мирочка, подожди, я чуть не забыла, — неожиданно спохватывается баба Тоня, убегая в одну из комнат.
Я не успеваю и моргнуть, она быстро возвращается, протягивая мне маленькую коробку шоколадных конфет и пачку чая. С недоумением смотрю на соседку.
— С днём рождения, милая, — разводит руки в стороны и легко меня обнимает. — Извини, что так скромно, на мою пенсию не получается себя баловать.
— Не нужно было, — пытаюсь возразить и вернуть подарки.
— Бери, кому говорят! — возмущается Антонина Дмитриевна и складывает всё в один из моих пакетов. — Вечером забегу, по Анечке соскучилась.
— Конечно, приходите хоть каждый день, — говорю я, подхватывая сумки.
Сердечно прощаюсь с соседкой и покидаю квартиру. В это же время вижу недовольное лицо моей подружки. Марина поджимает губы и нервно притопывает ногой, сложа руки на груди. Судя по виду — давно ждёт. Демоны в моей голове начинают смеяться и одобрительно свистят.
— У меня глюки? — демонстративно округляю глаза, передавая ей часть продуктов. — Явление Христа народу.
— Ой, перестань, не слышала я тебя, — оправдывается Маринка, быстренько исчезая на кухне. — Ключи надо было брать.
— Чем ты занималась? — интересуюсь я, краем глаза замечая, что всё так и лежит на своих местах.
— Рисовала плакат и слушала музыку в наушниках.
Последнее слово она буквально выкрикивает, тем самым оправдывая себя. Теперь всё понятно. Снимаю мокрое пальто и вешаю его на крючок. Обувь аккуратно ставлю на тряпочку около двери. Никак не могу сделать полочку. Волосы приподнимаю пальцами у корней, они ещё слегка влажные.
— Какой плакат? — спрашиваю я, появляясь на своей маленькой кухне.
Марина не успевает ответить, мой взгляд переключается на стол, полностью заваленный красками и бумагой. Многие листы смяты, некоторые даже валяются под стульями. Но по центру лежит яркий ватман с огромной надписью: «С приездом!». Он весь изрисован сердечками и цветочками.
— Пикассо отдыхает, — со смешком оцениваю её работу, за что получаю ощутимый тычок в бок.
— Много ты понимаешь, — ворчит Калинина, продолжая складывать продукты в холодильник. — Нужно устроить праздник. Ты только подумай, сколько у нас поводов, чтобы отметить.
Мысленно понимаю, что Марина права.
Повод первый — мой тридцатилетний юбилей, который, кстати говоря, сегодня. Оставим этот пункт без комментариев. В жизни каждого человека наступает момент, когда он перестаёт любить дни рождения. Я свои никогда не любила, поэтому и не отмечала. День как день, ничего особенного. Я стала на год старше по паспорту и мудрее в душе.
Повод второй — моя шестилетняя дочка возвращается из оздоровительного санатория вместе с моей любимой мамой. И уже послезавтра она пойдёт в первый класс. Как же быстро летит время.
— Хотела спросить, зачем улитки? — поворачиваюсь к подруге, протягивая ей упаковку с этими скользкими тварями.
Марина надевает свой фирменный фартук с мультяшным поваром и воодушевлённо заявляет:
— Это я себе. Для поддержания диеты.
Опять нашла очередной секрет быстрого избавления от лишних килограммов. Марина с годами не меняется, с ней невозможно заскучать, но всегда можно положиться.
— Быстро иди в душ, — продолжает командовать, подталкивая меня в сторону ванной. — Скоро наши долгожданные гости приедут.
Не верю, что смогу обнять моё маленькое солнышко. Целый месяц я не видела Анечку, и вот она снова будет дома.
Будет со мной.