— Мамуль, давай посмотрим вон там карандашики? — ткнула пальчиком дочь в сторону очередного магазина с канцелярией.
— Ань, ты не устала? — спросила я. — Мы уже столько всего купили. Может, домой поедем?
Мы приехали в ближайший торговый центр, благополучно миновав утренние пробки. Несколько часов посвятили шоппингу. И если я чувствовала себя выжатым лимоном, то у дочери энергии хоть отбавляй. Анюта летала где-то на седьмом небе от счастья. Ждала с нетерпением завтрашний день. Я слушала её краем уха, делая пометки в голове, что нужно снова записаться к педиатру и рассказать о состоянии здоровья моей дочери классному руководителю.
— Карандашей много не бывает, — деловито заявила Аня и потянула меня внутрь. — Последний магазинчик и поедем домой.
Завтра первое сентября. По такому великому событию я специально взяла отгул на работе. Мои школьные годы пронеслись в один миг. Помню, как вечно зарывалась в учебниках, никуда не выходила, пока всё не выучу. Подростковой любви и первых чувств не было. Даже не думала об этом — не хотелось.
Пока дочка с нескрываемым восторгом разглядывала всё вокруг, мне на телефон пришло сообщение от Марины. Отошла к соседним стеллажам, при этом не теряя Аню из поля зрения, и открыла одно входящее:
«Луганская, если можешь говорить, то срочно перезвони. Я такое узнала!»
Что у неё могло случиться в воскресенье? Торопливо стала набирать номер подруги. Она ответила после первого же гудка.
— Ты сидишь? — вместо приветствия спросила Марина.
По голосу Калинина взбудоражена. Даже немного в бешеном волнении. Мне совсем не понравился её настрой. Марина очень редко нервничает. Произошло явно что-то нехорошее.
— Стою, — ответила я, нахмурившись.
— Лучше тебе присесть, — предупредила Маринка. — Я, когда услышала, чуть в обморок не свалилась.
— В чём дело? Не томи!
Терпеть не могла эти бесконечные интриги. Она всегда специально подогревает мой интерес. Вот только на этот раз я его не чувствую. Мне почему-то хочется спрятаться. И желательно на долгое время, чтобы никто не нашёл.
— Вы дома? Всё купили? — резко сменила тему подруга.
Я шумно выдохнула, чем привлекла внимание дочки. Анюта встала рядом, не сводя с меня удивлённого взгляда. Малышка постоянно улавливает любые перемены в моём настроении. И это заставляет её переживать и волноваться.
— Я сейчас отключусь, — как можно спокойнее произнесла, ободряюще улыбаясь дочери.
— Ладно, — протянула Марина. — Я просто думаю, как тебе сказать.
— Прямо! И не тянуть резину!
— Вольский в городе, — на одном дыхании прошептала она, но я всё равно расслышала каждое слово.
Пальцы сжали телефон до хруста в костяшках. По спине пробежала волна холода. Я пошатнулась, почувствовав слабость в ногах. Перед глазами потемнело. Тяжело сглотнула, пытаясь унять дрожь в сердце.
Дыши, Мирослава, просто дыши.
— Мамочка, что такое? — встревоженно спросила Анечка. — Ты побледнела. Тебе плохо?
— Мира, очнись! — выкрикнула Марина. — Твоя дочь рядом. Ей нельзя нервничать.
— Милая, всё хорошо, — прохрипела, поглаживая Аню по голове. — Я немного устала.
— Завтра приеду и всё расскажу, — спустя несколько секунд молчания сказала Калинина. — У меня внеплановое собрание сегодня, представляешь? Если вкратце, он перекупил наши салоны. Что-то вроде соучредителя теперь. Говорят, будет замена персонала.
— Не могу поверить, — ответила, прикрывая глаза. — На линейке. Со всеми подробностями.
— Договорились. Только не волнуйся, — в голосе Марины прозвучали нотки беспокойства. — Я позвоню вечером. Проверю твоё состояние.
— Хорошо.
Меня потряхивало всю обратную дорогу до дома. Анечка изредка за мной наблюдала, но вопросов не задавала. Наверное, понимала, что я нуждаюсь в тишине. Мысли продолжали путаться. Мне казалось, что жизнь снова перевернулась.