— Вы должны объяснить это пилоту. Пойдемте со мной. — Она повела доктора по проходу мимо пассажиров первого класса.
Призрак проснулся, когда они торопливо прошли мимо него на обратном пути из кабины пилотов. Он заметил напряженное выражение на лице стюардессы и сразу же понял — что-то случилось. Он схватил стюардессу за руку и включил свою добродушную улыбку безобидного моряка.
— У нас проблемы?
— Пассажиру стало плохо. Вероятно, нам придется совершить посадку в Лондоне, в аэропорту Хитроу.
— Но на это же уйдет много часов. Я должен быть в Тель-Авиве. У меня важное дело…
— На борту есть телефон. Я уверена, что вы не захотите, чтобы ваш собрат-пассажир умер только ради того, чтобы вы смогли приехать на встречу вовремя. — Стюардесса пошла дальше, подошла к микрофону и объявила о смене курса.
Призрак снял телефон, висевший на передней стенке салона. Он использовал одну из своих кредитных карточек на имя Гарри Микса и вернулся с телефоном на свое место.
Он набрал номер отеля «Америкэн» в Тель-Авиве и попросил соединить его с номером Ахмада Джарара. Через минуту он услышал голос араба.
— Благодарение Богу, ты уже на месте, — без предисловия начал Призрак.
— Да, мой друг, я только что приехал. Я прилетел первым же рейсом, на который смог достать билет.
— Мне нужна помощь. Наш рейс сделает остановку в Хитроу, потому что одному из пассажиров стало плохо… Наш ПК прибывает в аэропорт Бен-Гурион в одиннадцать утра рейсом 2356, компании «Эль Аль». Он путешествует с тремя бухгалтерами. По крайней мере один из них — очень красивая женщина. Их следует встретить, но сопровождение предоставлять не нужно. Сценарий будет зависеть от того, как скоро я смогу прибыть на место. Наш ЦУС будет в твоем отеле. — Этим кодом они пользовались и раньше. «ПК» прозвучит как президент компании для любого, кто подслушает этот разговор, но для Призрака и его команды убийц это означало цель или прикрытый объект для уничтожения. «Бухгалтерами» назывались личные помощники. В шпионских кругах это обычно были мужчины или женщины с «дипломатами», работавшие с мишенью или на нее. «Встретить, но не сопровождать» означало следовать за ними, но не задерживать. «Сценарий будет зависеть» означало, что они будут действовать в соответствии с дальнейшими событиями. «ЦУС» было сокращением для центра управления и связи. Ахмад ответил, что со всем справится. Тогда Призрак дал ему краткое описание Райана и Люсинды, упомянув, что Райан, красавец-блондин, будет скорее всего на костылях, а у девушки темные волосы. Он сказал, что не знает, как выглядят остальные бухгалтеры.
— Они готовы вести дела? — спросил Ахмад.
— Определенно, — ответил Призрак, давая понять, что эти люди опасны, и это следует учитывать. Когда они закончили разговор, Призрак почувствовал, как самолет поворачивает налево к Хитроу. Вероятно, он попадет в Тель-Авив на четыре часа позже, чем планировал. Но его лишь окрыляла внезапно возникшая проблема. Призрак любил импровизировать. Он обожал охоту. Но больше всего на свете ему нравилось убивать.
Аэропорт Бен-Гурион расположен в Лоде, за пределами Тель-Авива и в полутора часах езды от Иерусалима. Это маленький, но современный аэропорт. С очень строгой службой безопасности.
Самолеты не подруливали к выходам, а оставались на дорогом покрытии поля. Там пассажиры спускались по трапу и пересаживались в большие автобусы, чтобы доехать до терминала. Коул объяснил, что такая система высадки пассажиров предназначена для большей безопасности.
Каз, Коул, Райан и Люсинда вышли из самолета, и на них обрушилась влажная жара. Температура была выше ста градусов по Фаренгейту с большой влажностью. Одежда немедленно прилипла к телу, стоило им только сделать несколько шагов вниз по трапу по направлению к автобусам. Коул хорошо знал страну. Он освещал немало событий, происходивших здесь. Харрис решил, что они остановятся в Тель-Авиве в отеле «Карлтон». Международный бар в этой гостинице всегда привлекал представителей прессы. Там он разыщет кого-нибудь из агентства Рейтер и постарается раздобыть нужную информацию. Ему необходимо было выяснить все, что только возможно, о семье Гавриэля Баха… Жива ли еще его вдова? Где его дети? Где могут быть личные вещи покойного? Коул понимал, что у них слишком мало сведений, чтобы начать. Они оказались в десяти тысячах миль от дома, искали нелегальные записи, отданные ныне покойному прокурору Израиля двадцать пять лет тому назад. Даже если эти пленки еще существовали, в них могло не оказаться ничего нужного. И все-таки они пошли по этому еле заметному следу через полмира.