— Начнем стратегическое совещание, — заговорил Коул. — Мы поймали Мейера и Уоллиса Литмана на том, что они планировали использовать Ю-би-си, чтобы посадить своего парня в Белый дом, и при этом говорили, что Джозеф Ало — это их ведущий игрок. У нас есть Мейер и Джозеф Ало вместе на пленке. И в нашем распоряжении съемка Джозефа и Литмана вместе в лифте. Но у нас нет ничего, чтобы привязать Хейза Ричардса к Мики Ало.
— Я подслушал разговор между Эй-Джеем и Мики, когда они говорили о средствах на избирательную кампанию Хейза, поступающих с Багамских островов, — сказал Райан.
Какое-то время они сидели молча. Они не были уверены, что этого достаточно.
— Если федеральное правительство знало и имело пленку с доказательством того, что Мейер Лански собирается посадить своего президента, используя телевизионную сеть, почему оно ничего не сделало еще тогда? — спросила Люсинда.
— По множеству причин, — ответил ей Коул. — Во-первых, в семьдесят первом году телевидение не было таким важным политическим фактором, как сегодня. В шестидесятом мы только начали понимать всю власть телевидения, когда Никсон проиграл Кеннеди во время теледебатов. Во-вторых… Эти парни из мафии всегда что-то замышляют, чтобы обуздать Министерство юстиции. В большинстве случаев это лишь выпуск пара. А в-третьих… Вы же помните, что это нелегальные записи. Правительство не могло их использовать, даже если и хотело. Они могли тогда только догадываться, о чем собственно идет речь. План был рассчитан на двадцать лет. Это слишком долго для любого федерала, которого я знаю. Каз был исключением. Остальным нужны быстрые аресты. Когда время идет, и ничего не происходит, материалы теряются в деле, и никто больше этим не интересуется. Об этом уже забыли.
Райан кивнул.
— Скажем так, что у нас здесь достаточно доказательств. Как мы станем это использовать? Если это попадет не в те руки, то все будет похоронено или дискредитировано. Мы уже видели, насколько опасен может быть Мики, и как далеко он готов зайти, чтобы добиться желаемого.
— Мы должны все хорошенько обдумать, — задумчиво произнес Коул. Но он уже понял, чем должен заняться. — У нас не слишком много вариантов, и я не хочу терять контроль над этой историей, пока она не окажется в нужных руках.
Наоми точно знала, что Коул имеет в виду. Им придется очень осторожно выбирать телекомпанию. То, что у них есть, это только вершина айсберга, но этого достаточно для привлечения официального интереса. Наоми понимала — как только Министерство юстиции начнет просматривать финансовые отчеты Литмана, уделяя особое внимание «Краскам Мэри Карвер», все выйдет наружу. Но в плохих руках все разлетится, вся история будет извращена. Если они не смогут действовать быстро, то у Литмана и Мики окажется достаточно времени, чтобы уничтожить все записи до того, как начнет действовать Министерство юстиции.
— У нас всего две недели, — продолжал Коул. — Через две недели Хейза Ричардса, судя по всему, выберут президентом, и тогда будет слишком поздно. Это означает, что в следующие четырнадцать дней мы должны сообщить всем избирателям о том, что нам известно, и нам необходимо выбрать того, кому публика поверит.
После получасового обсуждения они остановились на Томе Брокоу из Эн-би-си, потому что Коул обычно играл с ним в теннис и доверял ему. Как только они приземлятся, он сразу же свяжется с Брокоу.
Но их планам не суждено было осуществиться.
Когда «хаукер» еще парил над Атлантикой, Мики Ало понял все, что произошло в Израиле.
Полиция Тель-Авива нашла девятимиллиметровый автоматический пистолет Каза, который вылетел сквозь крышу такси и приземлился меньше, чем в двухстах футах от места взрыва. Служба идентификации отдела специальных расследований в Тель-Авиве смогла снять с оружия отпечатки пальцев и определить, что они принадлежат Соломону Казоровски. Полиции удалось найти садовника, работавшего по соседству с домом Баха, который видел, как такси, предположительно управляемое Казоровски, ударило синюю машину с тремя мужчинами. Он также видел двух мужчин и женщину, торопливо уходивших по подъездной дорожке дома Бахов. Садовник дал подробное описание. Мики позвонил Сильвио из телефона-автомата. Тот сказал, что им лучше встретиться.
Они стояли недалеко от шумного фонтана в парке на Третьей улице поблизости от «Маленькой Италии».
— Я полагаю, что он мертв, — сказал Сильвио, имея в виду Призрака.
— Как ты можешь быть в этом уверен?