— Порядок, — заявил он, надевая пластиковую крышку на маленькую коробочку. — Как только сюда кто-то позвонит, номер высветится здесь на маленьком дисплее, а вот здесь запишется, на диске памяти. — Он показал Мики кнопку памяти определителя номера.
Когда зазвонил телефон, система высветила номер. Все работало отлично.
— Ну вот, высветился номер, с которого вам звонят. — Мастер указал на экран. — А потом все отправляется в память, вот так… Видите?
Мики кивнул и проводил парня к выходу.
— Как вы закончите ими пользоваться, позвоните мне. Я должен их забрать, я ведь уже говорил, а то они отслеживают их по городу. И если одного не будет хватать, Лу вылетит на орбиту.
Мики пронаблюдал, как мастер уселся в свой фургончик, а потом сам сел за руль своего «мерседеса» и отправился в Нью-Йорк на встречу с Сильвио Кандрате.
Мики встретился со старым гангстером в его крохотной квартирке в «Маленькой Италии». Сильвио с возрастом растолстел. Сосуды прочертили дороги на его лице, напоминающем карту мира, а из-за повышенного давления он все время выглядел румяным. В свое время Сильвио считался самым лучшим. На Сильвио всегда можно было рассчитывать. Мики уселся в небольшой гостиной, полной фотографий родственников Кандрате, и они заговорили о пустяках, пока жена Сильвио не принесла кофе и пирожные. Она суетилась вокруг Мики и называла его доном Ало.
После пятнадцати минут вежливой беседы о сыновьях Сильвио и его племянниках, они наконец решили прогуляться, освободившись от душной квартиры Сильвио и его пресмыкающейся жены.
Старик повел Мики на принадлежащую ему заправочную станцию. Они вошли в промасленный бокс, где один из племянников Сильвио откручивал гайки на колесе поднятой на талях машины. Электрический колесный ключ громко завывал в маленьком бетонном гараже. Сильвио нравилось проводить деловые встречи именно в боксе под ужасные завывания электрических устройств, потому что он понимал, что ни один «жучок», даже самый изощренный, не сможет пробиться сквозь эту стену шума. Вот уже двадцать лет Сильвио вел здесь переговоры и еще ни разу не представал перед судом.
— Мне нужен Призрак. У меня проблемы.
— Посмотрю, смогу ли найти его. — Сильвио приблизил свои красные пухлые губы к самому уху Мики. Он почти кричал, чтобы собеседник его слышал.
— У меня не так много времени. Это очень болезненный вопрос. Я знаю, сколько это стоит и поэтому принес задаток, — прокричал Мики в ответ.
— Это необязательно. У тебя неограниченный кредит в Доме Убийц. Перезвони мне вечером. Спросишь, не хочу ли я сходить в оперу… Если у меня будет положительный ответ, я тебе скажу: «Давай сходим в оперу». Дай мне номер чистого телефона, чтобы я мог передать его Призраку.
Мики записал номер своей закодированной линии и отдал его старику. Спустя минуту они уже выходили из гаража и шли назад по улице к машине Мики.
Мики занялся в Нью-Йорке кое-какими делами. В шесть часов вечера он перезвонил Сильвио из клуба в «Маленькой Италии», в котором когда-то состоял его отец:
— Как поживаешь, Сильвио? У меня есть билеты в оперу, хочешь пойти?
— Это отлично, — ответил Сильвио, не называя Мики по имени. — Давай сходим в оперу.
Именно это Мики и хотел услышать. Он повесил трубку и взглянул на экран телевизора над стойкой бара. Был «супервторник», шли шестичасовые новости.
Перед камерой сидел Хейз Ричардс. Он находился в своем номере гостиницы в Мемфисе. Он только что вернулся из поездки по десяти штатам. На юго-западе опросы были закончены, и телекомпании начали выдавать данные.
— Судя по всему, вы возглавляете список во всех штатах, — говорил корреспондент, держа микрофон перед улыбающимся лицом Хейза.
— Это очень меня подбадривает… И я счастлив. Но давайте подождем и посмотрим на результаты голосования.
Мики улыбнулся из своего кабинета в задней части зала и заказал стакан граппы. Официант исполнил заказ и проследил за взглядом Мики на телеэкран.
— Что вы думаете об этом парне, дон Ало? — почтительно спросил он.
Мики улыбнулся:
— Я думаю, что однажды, очень скоро, он станет моим президентом.
Пока Мики смотрел шестичасовой выпуск новостей в клубе в «Маленькой Италии», Люсинда и Райан находились в трех часовых поясах к западу на корме «Линды».
Было три часа дня по стандартному тихоокеанскому времени, они поставили маленький переносной телевизор на ступеньки сходного трапа, чтобы защитить экран от яркого солнца. Райан чувствовал себя отупевшим от целого дня лежания на солнце. Он смотрел без всякого выражения, как комментатор говорит о победах Хейза Ричардса в одном штате за другим.