– Альфред, какой смысл вы вкладывали в название книги – «Распродажа советской империи»?
– Я – никакого. Это титул, придуманный моим издательством.
– Говорят о том, что приватизация в России носила дикий характер…
– Она везде такой характер носила. Пожалуйста: Чехословакия – там тоже недовольны итогами приватизации. Нигде, ни в одной стране мира результатами приватизации электорат не доволен.
– А что Россия реально получила от приватизации?
– Россия реально от приватизации получила фондовую инфраструктуру, возможность торговать акциями, возможность привлечения инвестиций через этот инструмент, Россия получила слой частных собственников, Россия получила деньги… э-э-э… порядка двадцати миллиардов долларов, и мне кажется, что этого достаточно.
– А что в путях проведения приватизации было, на ваш взгляд, неприемлемым?
– Ну, я бы отказался от ваучеров, если бы не давление со стороны Верховного совета. (Нам почему-то казалось, что ваучеры – это Чубайс, а не Хасбулатов. – А. М.)
– Часто в прессе появляются названия предприятий, которые якобы были куплены за очень небольшую часть реальной стоимости, и в связи с этим говорят, что народ просто был ограблен.
– Ну, народ ограблен не был, поскольку ему это не принадлежало. (А кому? – А. М.) Как можно ограбить того, кому это не принадлежит? А что касается, что по дешевке, пускай приведут конкретные примеры.
– Ну, например, «Норильский никель». Если я не ошибаюсь, его оценили в сто семьдесят миллионов долларов, а говорят, он стоит многие миллиарды.
– Ну, пускай те, кто говорит, многие миллиарды за него и заплатят. Я бы хотел посмотреть на тех, кто заплатит хоть один миллиард за «Норильский никель», у которого на тот момент, когда мы его продавали, убытки составляли тринадцать триллионов рублей.
– Высказывается мнение, что в России катастрофа и экономическое будущее призрачно. Как вам кажется?
– Мне тоже так кажется.
– Не видите света в конце туннеля?
– Нет.
– А как вы прогнозируете экономическое будущее России?
– Сырьевой придаток. Безусловная эмиграция всех людей, которые могут думать, но не умеют работать (в смысле – копать), которые только изобретать умеют. Далее – развал, превращение в десяток маленьких государств.
– И как долго это будет длиться?
– Я думаю, в течение десяти-пятнадцати лет… Вы понимаете… В течение семидесяти лет, когда формировалось мировое хозяйство, Россия, вернее Советский Союз, находился как бы вовне, развивался отдельно, по каким-то своим законам. И мировое хозяйство сформировалось без Советского Союза. И оно самодостаточно, там есть достаточные ресурсы, все есть. И сейчас Россия появилась, а она никому не нужна. (Смеется.) В мировом хозяйстве нет для нее места, не нужен ее алюминий, ее нефть. Россия только мешает, она цены обваливает со своим демпингом. Поэтому я думаю, что участь печальна, безусловно.
– Прогнозируете ли приход инвестиций в Россию, будет ли он в той мере, в какой его ожидают?
– Нет, потому что Россия никому не нужна (смеется), не нужна Россия никому (смеется), как вы не поймете!
– Но ведь Россия имеет гигантские экономические и людские ресурсы, и работать на российский рынок…
– Какие гигантские ресурсы имеет Россия? Этот миф я хочу развенчать наконец. Нефть? Существенно теплее и дешевле ее добывать в Персидском заливе. Никель в Канаде добывают, алюминий – в Америке, уголь – в Австралии. Лес – в Бразилии. Я не понимаю, чего такого особого в России?
– Но торговать с Россией, с огромной страной, где огромная потребность купить, купить, купить…
– Для того чтобы купить, нужно иметь деньги. Русские ничего заработать не могут, поэтому они купить ничего не могут.
– Словом, вы не видите никаких перспектив?
– Я – нет. (Смеется.) Ну, Примаков если видит, пускай работает (смеется), я, как только перестал их видеть, я уволился из правительства. (Не он уволился, а его уволили. 11 августа 1997 года вице-премьер России Кох вместе с семьей улетел в Америку в отпуск. А 12 августа внезапно сообщили о его отставке. 14 августа он вернулся на полтора дня, «сдал дела» и улетел обратно в США. Несмотря на очевидный скандал, Чубайс по привычке врал, что эта отставка – «плановая». Кох же хочет нам внушить, что до увольнения был патриотом, энтузиастом, государственником, потом продал «Связьинвест» и с 12 августа вдруг стал пессимистом и уволился. Вот если найдется девушка, которая в это поверит, Коху следует на ней жениться. С такой доверчивой жить ему будет очень удобно. – А. М.)