Репутация о. Александра такова, что в его словах сомневаться не приходится. А раз так, тем более надо вдуматься в суть того, что он сформулировал так деликатно.
А суть такова. Патриарх изменил свое мнение. Он был против гимна, а стал за. Ради спасения Церкви? Но ее не преследуют. Наоборот, поощряют всячески. Значит, не для Церкви. Значит, ради себя.
По сути о. Александр сказал, что патриарх отказался от идеи ради выгоды. Даже если бы речь шла о общецерковной выгоде (какой?) – все равно более тяжкого приговора христианину, высшему иерарху православной церкви вынести нельзя. Иисус сказал: «Что пользы, если приобретете весь мир, а себя потеряете?» И далее – о невозможности для потерявших себя войти в Царствие Божие.
Патриарх высказался за советский гимн. А ведь это гимн не просто безбожников, но именно тех, кто физически уничтожил сотни тысяч священников, разрушил тысячи церквей. (Только в Москве в 1917 году было более тысячи церквей и часовен. К 1988-му осталось сорок пять. Только при Хрущеве, уже под этот гимн, было уничтожено двадцать пять тысяч церквей. Даже фашисты, даже татаро-монгольские орды этого не делали.)
Но участники передачи торопились, рвались сказать свое, и слово о патриархе так же, как слово о Путине, осталось не услышано. Не осознано. И за эту глухоту нам всем предстоит расплачиваться. Жестоко.
И когда придет время платить, все скажут: «Ах, какая неожиданность!»
2001
Краплёная колода
27 апреля 2001, «МК»
Для короля самое важное – чтобы ему повиновались беспрекословно. Непокорства он бы не потерпел. Но он был очень добр, а потому отдавал только разумные приказания. «Если я повелю своему генералу обернуться морской чайкой, – говаривал он, – и если генерал не выполнит приказа, это будет не его вина, а моя».
Вступая в должность, Путин сказал:
– В России президент отвечает за всё! Не прошло и года – Путин открыл заседание своего правительства злым вопросом:
– В Приморье люди замерзают! Кто ответит за это?
Недавно и того хуже. В поезде, летящем по Сибири, президент признался:
– Ни в РАО «ЕЭС», ни в «Газпроме» – ни шиша мы не знаем, что там творится!
Хорошо, что президент так четко себя контролирует. Начав фразу, он успел в последний миг вставить устаревшего «шиша» туда, где обычно находится самое привычное.
Плохо, что ни шиша не знает отвечающий за всё президент. А ведь он прежде был премьером, а еще прежде – директором ФСБ. И значит, должен давно и точно все знать про РАО «ЕЭС» и «Газпром», ибо на них Россия держится.
Но стоит ли упрекать президента: мол, пытается переложить ответственность, не знает важнейших вещей, растерян…
Те, кто делают такие упреки, не понимают разницы между выборами и жизнью. Между захватом власти и работой.
А разница большая.
Задачи, цели, средства – абсолютно противоположны. Для захвата власти под видом выборов надо, чтобы десятки миллионов проголосовали за тебя. Одновременно сделали то, чего хочешь ты.
Для жизни надо, чтобы ты ежедневно, ежечасно делал то, чего хотят они.
Когда народу давались торжественные обещания («Президент отвечает за всё!») – это была победа. Это был финиш стремительной операции по захвату власти.
«Отвечаю за всё!», «Лягу на рельсы!» – говорится это для выборов. Эти клятвы – чистая формальность.
Но у броского лозунга – две стороны. Полезная: чтобы соблазнить людей и выиграть власть. Вредная: именно из-за броскости люди запоминают лозунг и потом годами попрекают: мол, чего ж не лег? А избранник не может сказать: отстаньте, дураки, я говорил это потому, что хотелось выиграть, хотелось преодолеть сопротивление сомневающегося народа.
Возможно, ему было очень противно, когда его вынуждали произносить клятвы. И уж тем более противны те, кто требует исполнения клятв. Ибо исполнение а) невозможно; б) не планировалось.
Думаете, приятно уговаривать? Думаете, приятно плясать перед электоратом, плясать с электоратом, превозмогая изжогу, жевать хлеб-соль, сюсюкать с младенцами…
Критика личности Путина потеряла смысл 26 марта 2000-го. В тот день его выбрали президентом. С того дня – какой есть, такой есть. Что толку разбираться, насколько умен, насколько морален, – ни уволить нельзя, ни изменить.
До выборов разбирать его по косточкам, убеждать людей не голосовать «за» имело смысл хотя бы теоретически (фактически выбор был сделан до голосования).
Теперь – разве что с досады. Президенту под пятьдесят, газетными заметками его не переделаешь. Да и ничем взрослого человека не переделаешь.