– Это как же вы меня нашли? Вы за мной шпионите?
Дама хихикнула и что-то залепетала, но что именно – я не расслышал, потому что стало так стыдно, что я застонал.
Чудом нашедшийся Лукашенко посадил даму в машину, сам (!) сел за руль и куда-то повез. Замечательно, что вокруг не было ни души: ни строителей, ни охраны – планета, стройка, президент.
…С шести утра до часу ночи – девятнадцать часов снимался этот артист. И за все эти девятнадцать часов не нашлось у дамы ни секунды, чтобы спросить: «Тут, говорят, у вас люди пропадают. Не знаете ли, куда? Потому что, видите ли, пропадают исключительно недовольные вами, а довольные все на месте».
Фильм показали по российскому ТВ. Но показали его не нам, не телезрителям России. Показали белорусскому электорату. Это – технология. Чистая, не придерешься. Хотя воняет ужасно.
Воскресенье, вечер. Цена эфира – двадцать тысяч долларов минута. Выходит – пятьсот тысяч долларов. Это братская Белоруссия нам заплатила? Если да, то из каких средств? Или это наш подарок? А зачем? Лукашенко и так выиграет; получит свои 70 % (как раз посередине между нашими 52 % и туркменскими 99 %). Потому Путин и ездил к нему на праздник (хочешь не хочешь, а ближайшие годы с Лукашенкой надо дружить). Так что это позорное кино еще и лишнее и оттого еще позорнее. Впрочем, кто-то, конечно, заработал; мы их поздравляем.
То ли нас продали наши телетехнологи, то ли сдали в аренду. Чувство неприятное.
Нам еще хорошо. Мы эти амуры всего лишь смотрим по телевизору. Нас ласкает виртуальный Лукашенка. А вот Жириновский, Зюганов, Лужков и пр. вслед за Путиным ездили обниматься с Лукашенкой живьем. Такие разные люди, а глядика – всем батька люб. Потому что красавчик? Или потому что выиграет? Или потому что платит?
…И вот съемочный день, слава богу, окончен. В час ночи Лукашенко провожает телевизионную даму. В кадре – дом президента Белоруссии, ночь, крыльцо, вой собак.
– Сколько же у вас в сутках часов? – восхищенно спрашивает телевизионная дама, ожидая в ответ «двадцать пять». – Мы начали в шесть утра, а сейчас час ночи…
– А это неважно! – отвечает президент Белоруссии. – Важно, чтобы президент (это он о себе – А. М.) неустанно думал о народе. Конечно, работа с документами, читать, подписывать – это тоже важно. Но главное все же – думать.
Собаки во все время этого диалога непрестанно выли. Лукашенко – человек искренний, порывистый, захотелось ему как-то оправдаться за это безобразие:
– Видите, собаки тоже устали! – смущенно пояснил он.
Я не понял. Весь этот день Лукашенко ездил на лимузинах и джипах, а вовсе не на собаках. Они за ним даже налегке не бегали. Дрыхли, видать, целый день, пока хозяин заботился о своем народе. Да и не воют собаки от усталости, а спят.
Собаки воют с голоду (но вряд ли президентские собаки голодают). Собаки воют с тоски по хозяину (но хозяин – вот он тут). А еще собаки воют по покойнику. Но батька – живчик, дама – бодра… Может, по Белоруссии? Может, по…
Никогда не спрашивай, по ком воют собаки. (Хемингуэй.)
P.S. Прошло несколько лет, и то же самое российское телевидение стало того же самого Лукашенко мешать с дерьмом. Может быть, та же съемочная группа, может быть, и кадры те же. Важен ведь закадровый комментарий. А как кстати пришелся собачий вой.
Центральный наперсток
9 ноября 2001, «МК»
А вот эти все, чиновные, что юлят во все стороны и лезут ко двору, и говорят, что они патриоты, и то и се: аренды, аренды хотят эти патриоты! Мать, отца, Бога продадут за деньги!
Говорят, будто наш народ ни во что не верит. Мол, уничтожение сбережений, ваучеры, дефолты, прочие удачные государственные проделки… Вот люди и стали подозрительны до безобразия.
Это клевета. Народ доверчив. Сотни тысяч наперсточников и прочих аферистов живут припеваючи. И ясно, что за счет простаков. А сколько их?
Мошенникам это важно знать. Вдруг наивные кончаются? Вдруг придется сворачивать лавочку? Однако неловко заказывать опрос на тему «Верите ли вы, что “наперсток” – честная игра?»
И вот, пожалуйста, – сентябрьский опрос РОМИРа:
В какой степени вы согласны с тем, что смена власти в России происходит в результате свободных и честных выборов?
Полностью согласны – 6%
Скорее согласны – 20%
Скорее не согласны – 32%
Полностью не согласны – 21%
Затруднились с ответом – 21%
Эта таблица – радость для наперсточников. Из нее видно, что наивных у нас – четверть населения (20 % + 6 %). Значит, десятки миллионов человек все еще готовы играть в наперстки.