Очень умный, прошедший невероятные страдания, добрый, абсолютно честный – чего вам еще? Если он прошел такие издевательства (пытки) и остался добрым – значит, ни за что не позволит издеваться над людьми. Вдобавок не связан ни с одним коррупционным кланом…
Вот только уговорить его вряд ли удастся. Слишком много раз его здесь пытались убить.
Книжка вышла минувшей осенью. Несколько упоминаний (в основном в связи с Букеровской премией) – и тишина. Ни рецензий, ни телепередач, ни обсуждений. Вся свобода слова тратится на всякую шваль, стоит ей назвать себя кандидатом в президенты. А про «Белое на черном» – молчание. Почему?
Может быть, потому что он сказал то, чего мы слышать не хотим и боимся. То, чего больной не хочет и боится услышать от врача: «Поздно. Неоперабельно».
Или все еще не поздно?
Раковая клетка, или Прощание с правыми
3 марта 2004, «МК»
Весь минувший год критика правых была невозможна. Кого ни тронь – раздавался крик: «Это нам враги вредят! Это перед выборами нас порочат!»
Выборы позади. За правых проголосовало два миллиона человек. Хорошие люди. Но, похоже, они не совсем понимают, за кого ходили голосовать.
Раковую клетку организм воспринимает как родную, а она – убийца.
Опухоль растет и гордится: «Смотрите, какие у меня успехи!» То, что ее успехи ведут организм к смерти, ее не волнует. Здоровые клетки – глупые; она называет их лохами, она ими пользуется.
Некоторая справедливость есть в том, что хоронят их вместе. Замученный раком человек и огромная, гордая, успешно развившаяся опухоль лежат в одном ящике.
«Камикадзе» – так в начале 1990-х называли себя Гайдар и его министры.
Настоящий камикадзе – идейный смертник. Воин, отдающий жизнь за Родину. У камикадзе, направляющего свой самолет-бомбу в американский крейсер, шансов нет.
А наши камикадзы теперь долларовые миллионеры. Зажравшиеся, наглые, ни один не сгорел на работе. За время их реформ население вымирало, а камикадзы богатели. И – странно – с той же скоростью. Будто каждый умерший приносил им сто долларов дохода.
Этих денег хватало на все. В том числе на то, чтобы сообщать народу: мы – лучшие. Вот один пример. За тот год, что Чубайс был совладельцем ТВС, программа «Смотрите, кто пришел» показала Немцова шесть раз, Хакамаду – четыре, а Явлинского – один.
Или надо поверить, будто сумма Немцова с Хакамадой в десять раз умнее Явлинского, или такую диспропорцию можно объяснить только интересами владельца.
Появляясь на телеэкране, правые непрерывно повторяли, что они берут на себя ответственность, любят брать на себя ответственность, всегда готовы брать на себя ответственность.
Что это значит – неизвестно. Ни за одну проделку они ни разу не ответили. И почему-то часто меняли имена. «Выбор России», «Демократический выбор России», «Правое дело», Союз правых сил… Смена имени широко практикуется среди уголовников. И обвинительное заключение рецидивиста обычно звучит так: Петров, он же Пудель, он же Рыжий, он же Чмок… Попробуй теперь сказать: «Это не вы ли снабдили Дудаева оружием?» Союз правых сил честно ответит: «Не мы, нас тогда и на свете не было».
Пойманные на неблаговидных делишках правые поднимали крик: «Это выгодно Хасбулатову! Это выгодно Зюганову! Это выгодно черным силам! Врагам демократии!» Конечно, выгодно. Только скажите: брали или нет?
Разобраться с Чубайсом просто. Надо всего лишь цитировать его собственные слова.
Как главное свое завоевание Чубайс провозглашает: «Возврат к коммунизму невозможен!»
Возврат к коммунизму действительно невозможен. А знаете почему? Потому что вернуться можно только туда, где был. А мы в коммунизме никогда не были. А где были, там и есть. И долго еще будем. Потому что место глубокое.
Перед выборами Чубайс с телеэкрана лечил электорат.
ЧУБАЙС. Снижение рождаемости – это тяжелейшая, острейшая, долгосрочная проблема нашей страны. А берется она (проблема) из явления, которое называется постиндустриальный рост. Великобритания, Германия, Франция, Италия – все эти страны в течение последних пятидесяти-шестидесяти лет находятся в такой же ситуации. У нас в России это произошло не из-за антинародных реформаторов, а потому что есть долгосрочные законы развития экономики и общества.
Чубайс внушает, будто сокращение населения ставит нас в один ряд с самыми развитыми странами. Наперсток. Да, рождаемость снижается и у нас, и у них. Но в развитых странах и смертность снижается, и продолжительность жизни растет. А у нас смертность растет, продолжительность жизни сокращается. То ли в России экономические законы действуют иначе, то ли – реформаторы.