Поздно в полдень Тротхолл позвал их обедать. К этому времени почти половина погибших была погребена. Никто не был расположен к приему пищи в этом месте, где воздух был полон зловония, а пейзаж — растерзанной плоти, но Высокий Лорд настаивал. Кавинанту это казалось странным до тех пор, пока он не попробовал пищу. Лорды приготовили пищу, не похожую ни на что, прежде испробованное им в Стране. Ее вкус вызывал необычайный аппетит, и когда он насытился, то почувствовал, что депрессия уменьшилась. С предыдущего дня он поел в первый раз и сам удивился своей прожорливости.
Большинство воинов уже покончили с едой, и солнце было на закате, когда внимание всех привлек отдаленный крик. Часовые, находившиеся южнее всех, ответили, и мгновение спустя на поляну галопом вылетели двое отсутствующих Стражей Крови. Их Ранихины были мокры от пота.
Они привезли с собой двоих людей — женщину и ребенка, на вид лет четырех, оба были Вудхельвеннинами и оба были изранены, словно выдержали битву.
Рассказ разведчиков был краток. Они достигли опустошенной поляны и обнаружили след Вудхельвеннинов, пытавшихся бежать в южном направлении. И вскоре они обнаружили некоторые признаки того, что, возможно, не все люди были убиты. Поскольку враг ушел, то не было срочной необходимости возвращаться назад и предупреждать Лордов, и поэтому они решили поискать оставшихся в живых. Они уничтожили за собой все следы, чтобы вернувшиеся мародеры не смогли их найти, и поехали на юг.
Ровно в полдень они нашли женщину и ребенка, бежавших изо всех сил, не соблюдая никакой осторожности. Оба они были ранены; ребенок, казалось, утратил все признаки здравомыслия, и женщина тоже готова была впасть в безумие. Она признала в Стражах Крови друзей, но была не в состоянии что-либо рассказать. Однако в момент просветления она настойчиво утверждала, что в лье или двух оттуда живет Освобожденный Исцелитель.
Надеясь что-либо узнать от женщины, разведчики отвезли ее к пещере Исцелителя. Но пещера была пуста, и похоже, что уже в течение многих дней. Поэтому разведчики отвели оставшихся в живых назад, к Парящему Вудхельвену.
Двое стояли перед Лордами, и женщина сжимала безответную руку ребенку. Мальчик равнодушно смотрел вокруг, но не различал лиц, не реагировал на голоса. Когда рука его выскользнула из руки женщины, то безвольно упала вдоль тела, словно неживая; он не сопротивлялся и вообще никак не реагировал, когда она снова взяла его за руку. Его глаза, рассеянно блуждавшие вокруг, казались сверхъестественно темными, словно были полны черной крови.
Его вид ошеломил Кавинанта, Мальчик мог быть похож на его собственного сына Роджера, которого у него отняли, словно его отцовство было отменено проказой.
— Фаул! — молча простонал он.
Словно косвенно отвечая на его мысли, женщина вдруг сказала:
— Это Пьеттен, сын Саронала. Он любит лошадей.
— Это правда, — отозвался один из всадников. — Он сидел впереди меня и все время гладил шею Ранихина.
Но Кавинант не слушал. Он смотрел на женщину.
Всматриваясь в ее лицо, искаженное болью утрат, исцарапанное и обожженное, он неуверенно произнес:
— Ллаура?
Солнце садилось, но заката не было. Тучи затянули горизонт, и короткие сумерки стали быстро превращаться в ночь. Но по мере того, как солнце садилось, воздух становился все гуще и душнее, словно тьма истекала потом предчувствия.
— Да, я знаю тебя, — слабым голосом произнесла женщина. — Ты Томас Кавинант Неверующий и повелитель белого золота. В облике Берека Полурукого. Иоханнум говорил правду. Пришло большое зло.
Она тщательно выбирала слова, словно сначала пыталась балансировать на лезвии ножа.
— Я — Ллаура, дочь Амнамара, из числа Хииров Парящего Вудхельвена. Наших разведчиков, должно быть, убили. Никто нас не предупредил. По…
Но тут ее самообладание кончилось, и она начала произносить какие-то нечленораздельные всхлипывающие звуки, словно связь между мозгом и голосовыми связками порвалась, оставив в мучительной борьбе с невозможностью выговорить хотя бы слово. Глаза ее горели яростной сосредоточенностью, а голова тряслась при каждой попытке сформировать слова, но трясущиеся губы не слушались.
Страж Крови — разведчик сказал:
— В таком вот состоянии мы ее и нашли. Время от времени она может говорить. Но большей частью нет.
Услышав это, Ллаура сделала над собой сверхъестественное усилие и подавила истерику, опровергнув то, что сказал разведчик.
— Я — Ллаура, — повторила она, — Ллаура из числа Хииров Парящего Вудхельвена. Наших разведчиков, должно быть, убили. Я Ллаура, я Ллаура, — настаивала она. — Берегитесь… — Ее голос вновь прервался, и, успев выговорить еще: «Вы Лорды», она вновь потеряла способность говорить. Видя ее мучительную борьбу, Кавинант оглядел всех членов отряда. Все напряженно смотрели на Ллауру, а в глазах у Вариоля и Тамаранты стояли слезы.