Он попытался разузнать об этом косвенно, сказав:
— Ловко сделано! Как тебе это удалось? Ты так и не сказал мне, что движет этой посудиной.
И он нахмурился — столь нетактично звучал его голос.
— Спроси лучше о чем-нибудь другом, — устало вздохнув, сказал Преследующий Море. — Эта история почти столь же длинна, как история самой Страны. У меня нет внутреннего желания объяснять тебе значение здешней жизни.
— Ты же не знаешь никаких коротких рассказов, — отозвался Кавинант.
При этих словах на губах Гиганта появилась вымученная улыбка.
— Ах, это действительно так. Что ж, постараюсь сделать ее для тебя короткой. Но тогда ты должен обещать мне тоже рассказать что-нибудь необычное, такое, о чем я никогда бы не додумался сам. Мне это потребуется, друг мой.
Кавинант выразил свое согласие кивком головы, и Гигант сказал:
— Ну что ж. Ешь, а я буду говорить.
Слегка удивившись тому, насколько он, оказывается, был голоден, Кавинант принялся за содержимое кожаного мешка. Он жадно поглощал мясо и сыр, утоляя жажду мандаринами. И пока он ел, Гигант начал слабым от усталости голосом:
— Время Дэймлона, Друга Гигантов, закончилось в Стране прежде, чем мой народ завершил сооружение Коуэркри, своего дома в Сириче. Прежде чем начать трудиться на подаренных Лордами землях, они вырезали из сердцевины горы Колыбель Лордов, как называют ее люди, и когда Коуэркри был завершен, Высоким Лордом был Лорик. Затем мои предки обратили внимание на другие вещи — на море, рождающее солнце, и на дружбу со страной.
Теперь и Лиллианрилл, и Радхамаэрль хотели постичь учение Гигантов, и время Высокого Лорда Лорика, Глушителя Мерзости, было временем великого расцвета Лиллианрилл. Чтобы еще более способствовать этому, Гигантам необходимо было некоторое время пожить в Колыбели Лордов. — Он перешел на тихое пение, словно вызывая заклинанием былое величие благоговения Гигантов. — В могущественном Ревлстоне. Это было хорошо, поскольку Ревлстон не мерк перед их взором.
Но Гиганты были не особыми любителями ходить пешком, что, кстати, можно сказать о них и сейчас. Поэтому мои предки разведали реки, стекавшие от гор Вестрон к морю, и решили построить лодки. Правда, лодки не могут пройти сюда с моря. Как тебе, возможно, известно, гигантская трещина, над которой стоит Грейвин Френдор, преграждает путь. И никто — будь то Гигант или кто-нибудь другой — по собственной воле не поплывет по ущелью мимо Глотателя Жизни, великой топи. Поэтому Гиганты построили доки на реке Соулсиз, выше по течению от Грейвин Френдор и теснин, именуемых «Бездной предателя». Там они держали лодки, подобные этой; там, а также в Колыбели Лордов, у подножия Водопада Фел, так что по меньшей мере две сотни лье путешествия можно было совершить по воде, которую мы любим.
Лорик и Лиллианрилл решили помочь Гигантам в этом деле. Использовав свою силу, они создали золотую жилу — сильный лес, который они назвали Лорлианрилл, и из деревьев этого леса стали делать рули и кили для наших речных лодок. И еще Старые Лорды обещали, что когда изменения надежды, касающиеся нас, исчезнут, тогда золотая жила поможет нам.
— Ах, достаточно. — Гигант коротко вздохнул. — Короче говоря, это судно привожу в движение я. — Он поднял руки от руля, и лодка неожиданно начала терять направление. — Или, точнее говоря, я вызываю силу золотой жилы. Земля содержит жизнь и силу, она в камне, в воздухе, в воде, в почве. Но жизнь в них как бы спрятана, как бы дремлет. Нужны и знания, и сила, да и могучие жизненные песни, чтобы разбудить их.
Он снова ухватился за руль, и лодка вновь пошла вперед.
— И потому я устал, — тяжело дыша, продолжал он.
— Я не отдыхал с той самой ночи, которая была накануне нашей встречи.
Интонация его голоса напомнила Кавинанту о слабости Трелла после того, как Гравлингас восстановил разбитый кувшин.
— Два дня и две ночи я не давал золотой жиле остановиться или замедлить свое действие, хотя все мои кости ноют от усталости.
Увидев удивление на лице Кавинанта, Гигант добавил:
— Да, мой друг, ты спал две ночи и один день. От запада Анделейна через центральные равнины до границы Третгарда более сотни лье.
Сделав паузу, он заключил:
— «Алмазный глоток» иногда проделывал такие вещи с людьми. Но ты нуждался в отдыхе.
Мгновение Кавинант сидел молча, неподвижно глядя на дно лодки, словно выискивая место, где бы сквозь него можно было провалиться. Вокруг его рта легли горькие складки, когда он поднял голову и сказал:
— Ну, так теперь я отдохнул. Могу я чем-нибудь помочь?