— Водопад Фел, — сказал Кавинант самому себе. Несмотря на шум дыхания Гиганта, он почувствовал, как дрогнуло сердце, словно он приближался к чему-то величественному.
Однако скорость приближения неуклонно уменьшалась. По мере того, как Белая углублялась в ущелье между горами, она сужалась, и, как результат этого, течение становилось все более неспокойным. Изнурение Гиганта, казалось, достигло предела. Его дыхание превратилось в сплошной хрип и, казалось, могло задушить его в любую минуту; он передвигал лодку вперед со скоростью, не превышающей скорость пешехода. Кавинант не представлял себе, как они смогут одолеть оставшееся расстояние.
Он принялся рассматривать берега, подыскивая место, где они могли бы причалить лодку; он намеревался как-нибудь заставить Гиганта подогнать лодку к берегу. Но вдруг в воздухе раздался низкий грохот, похожий на топот бегущих лошадей. Какого черта?.. В мозгу вспыхнуло видение юр-вайлов. Кавинант схватил посох, лежавший на дне лодки, и сжал его, пытаясь держать под контролем внезапный барабанный бой своей тревоги.
В следующий момент, подобно волне, поднимающейся над гребнем холма, впереди по течению и к востоку от лодки появилась бегущая легким галопом дюжина лошадей со всадниками. Всадники были людьми — мужчины и женщины. В то же мгновение, когда они увидели лодку, один из них что-то крикнул, и вся группа перешла на галоп, вихрем пронеслась вниз по склону и остановилась у берега реки.
Всадники были похожи на воинов. На них были высокие сапоги с мягкими подошвами и черные краги, а также черные безрукавки, нагрудники, выплавленные из какого-то желтого металла, и желтые наголовные повязки. На поясе у каждого висел короткий меч, лук и колчан со стрелами за спиной. Бегло оглядев их, Кавинант заметил характерные черты как Вудхельвеннинов, так и жителей Подкаменья; некоторые из людей были высокими, светловолосыми, светлоглазыми и стройными, другие — приземистыми, темноволосыми и мускулистыми.
Как только лошади остановились, всадники одновременно стукнули себя правыми кулаками по левой стороне груди, затем вытянули руки ладонями вверх в приветственном жесте. Мужчина, отличавшийся от других черной диагональной полосой, пересекавшей его кирасу, прокричал:
— Эй, горбрат! Добро пожаловать, честь и наша верность тебе и твоему народу. Я — Кваан, Вохафт третьего йомена Боевой Стражи Колыбели Лордов.
Он сделал паузу, надеясь услышать ответ, а когда Кавинант промолчал, продолжил более спокойным тоном:
— Нас послал Лорд Морэм. Он видел, что на реке сегодня происходят важные вещи. Мы прибыли сюда в качестве эскорта.
Кавинант посмотрел на Преследующего Море, но то, что он увидел, лишь убедило его, что Гигант не воспринимает происходящего вокруг. Он грузно сидел на корме, глухой и слепой ко всему, кроме все слабеющего усилия, поддерживающего движение лодки вперед. Кавинант повернулся вновь к йомену и крикнул:
— Помогите нам! Он умирает!
Кваан на мгновение застыл, затем молниеносно приступил к действиям. После его приказа он и еще двое всадников направили своих коней в реку. Эти двое держали прямо на западный берег, но Кваан направил своего коня наперерез лодке. Мустанг плыл мощными рывками, словно эта работа была составной частью его обучения.
Вскоре Кваан добрался до лодки. В последний момент он взобрался на шею своему коню и легко перескочил через борт лодки. Повинуясь приказу хозяина, его конь поплыл назад, к восточному берегу.
Мгновение Кваан мерил Кавинанта взглядом, а тот в свою очередь, увидев его густые черные волосы, широкие плечи и ясное лицо, пришел к выводу, что перед ним уроженец Подкаменья. Затем Вохафт двинулся к Преследующему Море. Он схватил Гиганта за плечи и встряхнул его, выкрикивая слова, понять которые Кавинант не мог.
Сначала Гигант не отвечал. Он сидел, ничего вокруг не замечая, точно пригвожденный к месту, намертво зажав в руке руль. Но мало-помалу голос Кваана начал доходить до его сознания. Он медленно, с трудом поднял голову и с мучительным усилием сосредоточил взгляд на Кваане. Затем со стоном, исходившим, казалось, из самого мозга его кости, он выпустил из рук руль и буквально повалился набок.