Вскоре выяснилось, что сестренка решила бросить врачебную практику. Это был первый звоночек в ее странном поведении, но никто не придал этому значения.
— Не хочу больше работать в медицине. Хочу свой салон красоты. Дай денег, — заявила она папе в один из вечеров.
Конечно, папа не одобрил, но и не отказал. Поддержал дочку в ее начинаниях. Только начинать она не спешила. Кутила по клубам, таскалась по магазинам и салонам. Втирала нам в ушки, что хочет отдохнуть, набраться сил. Набиралась, а мы дружно ей в этом помогали. Не наседали.
Чтобы не смущать ее «отдыхом» родителей, я забирала ее к себе: то переночевать, то пожить недельку. Как же я была тогда неправа! Как заблуждалась! Рыла глубокую яму, в которую сама же себя добровольно загнала.
Димка, в редкие приезды Вики, ее в упор не замечал, а может, мне только так казалось. У них были больше приятельские отношения. Как так получилось, что Дима в омут с головой бросился? Я не знаю. Если честно, не выясняла это. Наверное, в этом не было ничего удивительного. Моя сестра была красавицей. Голубые глазки. Белокурые длинные волосы. Модно одета, порой чересчур вызывающе. Короткие платья и юбочки — благо, фигура позволяла, и все эти женские штучки. Зажигалка. Она всегда любила веселиться и получать все и сразу от жизни. Викуша из обычного дня могла сделать праздник. И, что уж греха таить, «праздник» родители оплачивали с лихвой.
Не то что я! В деловом костюме, с портфелем в руках. Ведь адвокатов тоже встречают по одежке. Ничего кричащего. Все в пределах деловогодресс-кода. Сестра говорила: «Скучно», мама: «Хотелось бы чего-нибудь нарядненького». Меня все устраивало. По-деловому и элегантно и только на работе. Правда, всегда с макияжем. Я не позволяла себе явиться на работу ненакрашенной. В повседневной жизни я была самой обычной девушкой, любящей и платья, и юбки, и шорты. Посвящала все свободное время любимому человеку, друзьям, семье. К сожалению, его было не так много, по большей части только в выходные. К двадцати восьми годам, знаете, и работать нужно и зарабатывать. Иногда приходилось жертвовать и личным временем. Хотелось финансовой независимости от родителей. Мы планировали свадьбу, что называется на «свои».
В общем-то, жила я и не тужила — семья, любимый мужчина рядом, планы и мечты, даже большую часть маминых блюд освоила, чтобы вкусно кормить Димку, а теперь …А теперь свадьба. Не моя, но с моим парнем.
Как так получилось? Да банально!
Однажды вернувшись из командировки (дело было сложное, а судебный процесс — изматывающий), обнаружила в своей квартире и на своей постели Диму и Вику. Они, естественно, там не книжки читали. Любовным утехам предавались. Тогда все внутри замерло, окаменело, заледенело. Не знаю, как описать свое состояние. Ноги будто приклеились к полу. Смотрела и смотрела на сестру. Именно на нее, будто хотела убедиться, что там, в моей постели, прикрывшись одеялом, именно она. Моя Вика. Моя сестра. Дочь моих родителей. В глазах которой не было ни капли стыда, раскаяния, сожаления. Лишь вызывающий взгляд победительницы.
Потом кричала на него и на нее. Он говорил, что влюбился и жить без нее не может.
—Аленчик, прости! Я не мог ничего с собой поделать. Давно надо было сказать. Она приехала и условие поставила. Я хотел поступить честно. Она идеальная. С ней я чувствую себя мужчиной. Желанным, любимым. Она меня боготворит.
— А я, значит, не боготворила? Не любила? Не желала? — выдавливала я из себя каждое слово.
Сил кричать больше не было. Больно. Внутри дыра расползалась до не мыслимых размеров. Казалось, еще чуть-чуть и она заполнит меня всю.
— Ты хорошая, светлая, добрая. Справедливая, красивая, но ты не умеешь, как она. С ней я улетаю. С ней каждый день праздник. Занимаюсь с ней любовью и …
— Пошел вон из моей квартиры!
Ушел, хлопнув громко дверью. Собрал вещи и ушел. Проплакав всю ночь, на утро засобиралась к маме. Не устраивать скандал, не жаловаться, не выяснять отношения. Просто прижаться к родной груди в слезах, найти утешение, получить поддержку. И, чего уж греха таить, мне хотелось, желалось, виделось, как родители встанут на мою сторону. Мне хотелось порицания сестры. Не случилось! Меня опередили. Там уже были Димка с Викой, получившие благословление моих родителей.