В тот вечер коротко и емко я послала всех к черту. Пожелав счастья и громко хлопнув дверью, ушла, чтобы не видеть их и не знать. Родители снова решили отмолчаться. Как удобно! Мне никто не позвонил ни в тот день, ни на следующий. Более того, отец прислал сообщение, что ждет меня у нотариуса для оформления дарственной на квартиру.
Предатели!
Тогда я чуть ли не впервые произнесла это вслух, ощущая всю емкость и серьезность слова. Ведь, со стороны, мои родители были именно такими, но осознать это одно, а принять оказалось сложнее. Перевернуть свою жизнь, взглянуть на нее под другим углом оказалось не так-то просто. Конечно же, я никуда не поехала. Я решила уехать. Сбежать. Забыть, не страдать. Только вот куда бежать?
К моему удивлению, все решилось само собой. Судьба была ко мне благосклонна в этот раз. Обстоятельства сложились так, что пришлось уволиться из городской адвокатской коллегии, дав напоследок по морде начальнику. Даже положенные две недели отрабатывать не пришлось. Сидела на скамейке в парке, заедая горе мороженым, просила Боженьку дать знак. Дал. Буквально через пару часов моих страданий звонок от Костика - одногруппника с предложением о работе в Москве. Зацепилась за него, как за спасительную соломинку. Сразу согласилась, не обдумывала ни секунды, быстро упаковала вещи, найдя квартиру в столице. Не расспрашивала детали. Бежала, как оголтелая, прочь.
— Это хорошо, что уезжаешь. Так будет лучше, — обнимая на прощание, сказала мама в аэропорту.
Папа молча стоял в сторонке. С сестрой с того самого злополучного вечера мы не виделась. Меня вообще удивило, как это они приехали меня проводить. Опять же я их оповестила, что уезжаю.
— Ты найдешь еще свое счастье. Мы с папой любим тебя несмотря ни на что. Не совершай ошибок. Мы можем скандалить до умопомрачения, только это ничего не изменит.У каждого из нас есть право выбора. Вы же сестры. Родные. В том, что случилось, никто не виноват. Так сложилась жизнь. Ее нужно принять.
Наверное, я чего-то не понимала в этой жизни, но мне нечего было ответить. Конечно, может я еще и найду мужчину своей мечты, а вот семью. Она у меня одна от рождения. Не понимала, как мать в угоду одной дочери так легко предала другую. Объяснить, понять, простить поведения мамы я не могла. Я себя за это здорово ругала. Она же мама!
Тщетно. Злилась, что не могу простить предательство, подлость от близких людей. Димка не в счет. Конечно, было больно, но семья это совсем другое. Это твоя опора. Как оказалось, тыла нет, и это стало еще большим ударом для меня. Как оказалось, эти люди ради призрачной идеальной семейной жизни готовы были притворяться и принести маленькую жертву — меня. Наверное, впервые я отказалась от борьбы что-то доказывать, искать правду, как делала это каждый день на своей работе. Дело было проигрышное и бесперспективное. Димка ко мне не вернется, да я и не прощу. А родители…Быть может, им виднее. Они вон сколько пожили. Я как и прежде их дочь и благодарна за жизнь на этой земле, за счастливое детство и юность, данное образование.
Сестра… Разлучница и предательница? Родной человек? Не знаю. Временами я ее ненавидела очень сильно, потом оправдывала, потом завидовала и так почти полгода по кругу. Для меня было легче думать, что Вика и Дима предатели. Любила ли я его до сих пор? Возможно. Не знаю. Может, я просто привыкла к нему. Но я часто вспоминала не о нем, о нас вместе, и это мучило меня. В какой-то момент начала чувствовать себя действительно виноватой, что упустила мужчину сама. Проиграла сестре.
— Не занимайся самоедством, — говорила мне баба Маша. — Тебя это разрушает. И как знать, может, перемены предоставят новые возможности и новую любовь.
Как легко сказать это на словах и как тяжело осуществить, но все же я прислушалась и предприняла попытку начать самостоятельную жизнь. Все пройдет и это проходит. Просто нужно двигаться дальше и не останавливаться. Движение — жизнь. Москва, встречай меня, Аленку Матвееву! Как там говорят? Москва слезам не верит. Да и никто не собирается плакать.
Глава 2