- И Вам разрешили?
- Ну, так просто это не делается.
- А как же Сара?
- О, она практически сразу ушла от меня, когда я ей сказал, что усыновлю Майка.
- Она мне сразу не понравилась! – вскрикнул Брюс. – Мерзкая гадина!
Я не мог сдержать смех.
- Ну-ну, не стоит ее осуждать. У нее были причины так поступать.
- Но она же бросила вас! Прям как мой отец! Он тоже бросил нас! Я его ненавижу!
Брюс вскочил, бросил рамку с фотографией на пол и стал ходить взад-вперед, фыркая и сжимая время от времени кулаки. Его лицо раскраснелось, а глаза застала пелена гнева.
- Я понимаю тебя, мой юный друг. Однако порчей чужого имущества, тем более дорогого сердцу, ты ничего не изменишь. Поэтому подбери-ка рамку и сядь.
Я пытался говорить спокойно и холодно. Я знал, что эта тема крайне болезненна для мальчика. Брюс рывком поднял рамку и сел, а когда посмотрел на фотографию, его лицо моментально изменилось. Он опустил голову и стал бормотать извинения. Стекло, за которым пряталась фотография, было разбито.
- Ничего страшного. Это всего лишь стекло. Главное, что фотография цела. Но посмотри, до чего довела тебя злость? Я не буду говорить тебе, что бы ты игнорировал свою злость, свою боль. Прятать ее бессмысленно. Рано или поздно она вспыхнет, и тогда может произойти куда больше бед. Ты должен контролировать свои эмоции и направлять их в нужное место.
Брюс вытащил фотографию и положил рядом с собой. Постепенно он снова стал прежним.
- Так, на чем я остановился… А, точно. Процедура усыновления оказалась весьма непростой. Мне пришлось обращаться в специальное агентство, проходить кучу собеседований, всячески ублажать людей, от которых зависело решение об усыновлении. В конечном итоге все решилось в мою пользу. Майк был несказанно рад. Мы привязались друг к другу. О прошлом старались не говорить, хоть я и пытался вытянуть из него любую информацию о том, что было до того, как мы встретились. Но мальчик сразу замыкался в себе и отвечал мне лишь пугающим молчанием.
Он пошел в школу, но со сверстниками у него, как и у тебя не ладилось. Его обзывали, насмехались над ним. Мы меняли школы, но ничего не менялось. Он всегда говорил, что это я его лучший друг. Я помню его первый велосипед, который я ему подарил на день рождение. Он был так счастлив, хоть и не умел кататься.
Брюс взглянул на фотографию.
- Да, у нас были и проблемы, и неприятности. Мы ругались, но он всегда подходил ко мне, даже если я был не прав и обнимал крепко-крепко, потом трепал за щеку и уходил. Столько времени прошло...
Мне нужен был перерыв, я чувствовал, что вот-вот слезы потекут рекой.
- Брюс, принеси-ка мне еще пакетик Донко.
Мальчик встал с траурным видом и принес пакетик с мармеладом. За это время я уже пришел в чувства. Закидывая зеленого желатинового медведя, я спросил:
- Чего такой печальный?
- Я? Нет…ничего.
- Принеси себе еще пирога.
- Спасибо, мистер Сплинмуд, но я не хочу.
Потом он поднял голову и спросил:
- А что было потом? Где он сейчас? Почему он к Вам не приезжает?
- Ух, так много вопросов. Ты не детективом случайно хочешь стать?
- Если Вы хотите, конечно же… - добавил Брюс после непродолжительной паузы.
- Раз уж начал, надо рассказывать до конца. Время шло. Майк взрослел, становился умнее, мудрее. В шестнадцать он уже был гораздо умнее меня, но все так же по-детски наивен. Он подружился с ребятами, которые мягко говоря, не были примером для подражания. Он с ними сошелся, потому что другие не хотели с ним общаться, считали его странным и чудаковатым. А эти ребята и сами были немного того. Это их и сблизило, но, если Майку было суждено вершить великие дела, для этих же ребят было делом времени, когда они попадут за решетку или на тот свет. Мы без конца ругались с ним по этому поводу. Я был против того, чтобы он с ними дружил. Но я думаю, ты и сам знаешь, что это бесполезно. В тот день мы многое наговорили друг другу. Он сказал мне, что я ему не отец, не мать. И я не вправе указывать ему. Он швырнул эту рамку, которую ты разбил, и ушел. Да, это не первый несчастный случай с этой фотографией. Поздно ночью он ворвался домой, весь запачканный кровью, с бешенными глазами. Он не отвечал на мои вопросы, а лишь собирал вещи. Потом он протараторил, что Харви погиб. Так звали одного из его дружков. Они ввязались в драку с какими-то отморозками, как и они сами, и один из них выстрелил в Харви. Да, вот так. Я пытался уговорить его остаться, что я найму адвоката, и мы во всем разберемся, ведь он был невиновен. Но Майк меня не услышал. Я пытался задержать его, схватил за рукав вот так. - Я крепко схватил Брюса за руку, он в ужасе отпрянул и испуганно смотрел на меня.