Руками она ласкала его кожу, ощущая силу и мощь, теряя остатки разума и он заполнял её без остатка своими ласками и поцелуями, превознося до небес, куда она звала его с собой. В приятных до дрожи ощущениях она терялась под ним, чувствуя тяжесть его тела на себе, вдавленном в мягкую постель, прерывистое дыхание смешанное со сладким стоном заполнили маленькую комнату и она сама летела в этом стоне. Пальцы безудержно мяли его кожу и губы неотрывно слились с его устами, в то время как его рука ласкала её, поднимаясь к груди, а затем сново спускаясь ниже. Потерявшись в этих невероятных ощущениях, она перестала испытывать неловкость перед тем, кого любила и отдавала себя без остатка, следуя за ним в мир наслаждения, где он ее проводник. Руками и ногами она сильнее притянула его к себе, желая как можно ближе быть с ним, хотя ближе уже не куда и сейчас существовал лишь он и она и неважно теперь кто она, а кто он. Неожиданная резкая боль внизу живота, острым шипом вонзились в неё и быстро распространилась по всему телу заставляя вздрогнуть её всем телом, тихий крик замер на его губах, она почувствовала как странная волна словно наполнила её до предела, а его слова любви стали отголоском ее самой .
Тонкие пальцы с силой схватили его за плечи, а ногти проделали красные дорожки на коже, точно отпечаток на страсти, рвущиейся наружу. Под его сильным телом, она почти перестала дышать, ощущая себя полностью в его власти и ее руки над головой что он держал, тому доказательство. Ноющая боль и давление заставили её беспокойно застонать под ним и она замерла не в силах пошевелиться. Движения его мощного тела, отдавались легким натиском дискомфорта где-то внутри неё, но под бесконечными поцелуями, она все больше расслаблялась и чувствовала как в этом потоке, наслаждение овладевает ей. Улавливая его движения, София подстраивалась под этот лёгкий темп, дарующий необыкновенные чувства, неведомые ей, когда он и она одно единое целое.
Она была в его власти и это сводило с ума, её хрупкость и уязвимость, заставляли желать её еще сильнее, еще больше, еще ближе, насытиться ей до предела, которого не могло быть. Они двигались в одном ритме и ничто не могло нарушить идилию не только тела, но и души и каждой секундой их темп становился все более быстрым и стастным, где нельзя различить где он и где она, все стало единым и единственным. Стоны, что срывались с зацелованных губ, стали музыкой для его ушей и отражением его самого, он тонул в ней, в этих звуках кричащих о наслаждении. Он замер и посмотрел сверху на её лицо, приоткрытый рот и заглянул в глаза, они сияли, точно луна за окном, она была так близко, что ближе уже не может быть и это опьяняло, сводило с ума. Её взгляд просил, умолял продолжать любить её, как можно сильнее и упоительнее, ведь ожидание мучительнее всего. И сново он подался ей навстречу, она поспешила за ним, желая отдать себя целиком и полностью, а он так долго этого ждал, что отдавал ей все свою любовь.
Дыхание стало прерывистым, она глубоко вдыхала упоительный воздух, вторя его движением, становившимися с каждой секундой все сильнее и быстрее, что заставляли ее тело содрагаться всем существом. И если есть на свете самое прекрасное чувство, то это ощущать наслаждение любимого человека, когда можно без масок и укрытий, быть самим собой. Когда же темп их тел стал по истине бешенным, как конь рвущиейся к победе, София прогнула спину дугой и со всей силы подалась ему навстречу. И тогда они разлетелись на множество осколков и перемешались друг в друге. Она безудержно вонзила ногти в его плечи, оставляя следы на коже, а он ещё сильнее притянул ее к себе, до самого пределала. Он был в самой глубине ее души, там где однажды уже оставил свой след давным-давно, он заполнил ее до конца и это было высшим счастьем для обоих.
Бешенно стучало сердце, внутри кипела раскаленная кровь, дрожь согдрогала их изнутри, легкий вскрик и она обмякла в его больших руках и он опустился рядом прерывисто дыша. Без сил их переплетенные в страстном беспорядке тела, распластались на собранном в ком покрывале, где даже воздух был пропитан любовью и страстью. Его пальцы рук прошли между её пальцами, с силой сжимая дрожащую руку, она еще пребывала в царстве наслаждения, а её душа парила на вершине блаженства соединенного бессознательным. Он чувствовал огромное счастье, обладать ей целиком и полностью, ощущая как внутри всё содрогается от переизбытка удовольствий. Как часто он желал её до дрожи в теле, думая о ней, теряя покой и сон и вот он сон на яву и она принадлежит ему.