- Почему от тебя всегда пахнет яблоневым цветом? – Вдыхая аромат кожи произнес он.
- Не знаю, - она коснулась губами его широкой груди, чувствуя силу внутри него, а жесткие волоски приятно щекотали лицо.
- Ты свела меня с ума, - его руки гуляли по её телу, вызвая сладкую дрожь, - я не с кем не испытывал подобное. Когда я считал, что любовь это выдумка недалеких и слабых, а когда ты появилась и я сам пополнил их ряды, моя колдунья.
- Ты сделал меня самой счастливой и я буду всегда тебя любить - прошептала она ему в ухо.
- Я сделаю тебя еще счастливее, ты ни о чем не пожалеешь, - ответил он, - ты моя и только моя и я никому тебя не отдам.
А больше ей ничего не нужно, лишь быть рядом и чувствовать его всегда, как сейчас. Он вновь перевернул её мир и окрасил его в радужные цвета, понятные только ей, а она стала кем особенным и для него и для себя. Яркая луна постепенно уходила в сторону и на место серебристого света, в маленькой комнатке приходила темнота. Владимир поцеловал её и они погрузились в сладкий сон, где и там были вместе. София лежала в его объятиях и в полусне думала, что это просто сон, а вскоре она откроет глаза и окажется совсем одна, а его не будет рядом.
Летнее солнце высоко поднималось над макушками деревьев, согревая воздух после ночной прохлады. Серенады птиц заполнили тишину и умиротворение окружило все вокруг, на листьях блестели капельки росы и она сияла в лучах, словно драгоценность. София проснулась от того, что поцелуи Владимира покрывали её спину, а руки ласкали кожу. Это не сон, первое что она осознала, понимая что лежит на животе, а на коже его губы и нежные прикосновения рук.
Сонно перевернувшись она оказалась под ним, он целовал её шею и распухшие от бесконечных ночных поцелуев губы. София обвила его руками, прижимаясь к нему, чтобы оказаться еще ближе, его обнаженное тело вступило в трение с её, отчего дрожь прошлась по коже. Волна его желания распространилась на нее и гибкими руками она обхватила его плечи, увлекся и даря наслаждение. Согнутые в коленях ноги оказались на его его талии, от тяжести его большого тела на себе стало приятно и дыхания участилось, отзываясь сердцебиением где то в висках. Между ними разливалось приятное тепло, окутывая сознание в туман, где невозможно было о чем то думать. Казалось его губы были повсюду одновременно, а кровь вперемешку со страстью быстро окутало сознание. Теперь она знала, что ощущать любимого мужчину на своем теле это приятно и хочется сново до бесконечности, отдавая ему не только тело, но и душу без остатка, не боясь потерять разум. Сейчам для неё есть только он и его любовь, везде на её коже, в голове, душе и сердце. Хотелось бесконечно, вот так всю жизнь быть рядом, не опасаясь общественного порицания и жизненных невзгод, быть его любимой и нет разницы, что она крестьянка без роду, а он аристократ с именем и титулом. И сколько бы не было времени, невозможно утолить бесконечный голод и желание получать его любовь.
От необузданной страсти, что вырывалась из глубины ее существа, София с силой сминала кожу на его спине своими пальцами, а он лишь сильнее распалялся причиняя сладкие наслаждения. Её руки вмиг оказались на головой, свозь ее пальцы прошли его, раздвигая их до упора, не имея возможности даже пошевелиться она полностью ему подчинялась, отдавая себя в ему. Владимир ощущал свою власть над ней, она была его и только его и на каждый поцелуй она с жаром отзывалась, издавая тихий стон. Он жадно и необузданно целовал её губы, шею, спускаясь к животу и поднимаясь к губам, в ответ она приподнялась и припала губами к его груди. Владимир посмотрел к ее глаза полные страсти и желания, лаская ее тело, отвечающее ему бесконечно и в этом лаберинте их тел, только они знают как найти выход. Желание быть еще ближе, ощутить её дрожи и эйфории невозможно сдержать и он притянул ее еще ближе, соприкасаясь с ней до предела. Их бедра вступили в танец, двигаясь в едином порыве страсти, стирая границы разума, провозглашая своим повелителем любовь. При каждом движении она издавала стон наслаждения, птицей срывающийся с влажных губ, стал настоящей музыкой для него. Упоительные и быстрые движения, нарастали и превратились в неистовое буйство, теряя границы между реальностью и сном. Её тело молило его не останавливаться ни на секунду, забрать её с собой в неведомый мир бесконечного наслаждения, что он давал ей с каждым новым движением.
Запах её кожи доводил его до безумства, теряя контроль он с силой притянул ее к себе, усиливая ритм. В сумашедшем танце их тела покрылись испариной и казалось, что произошел взрыв, удар поразивший ее от начала и до конца, до потери сознания, до полного сумашествия, до боли во всем теле, до наслаждения возведенного в абсалют. Когда ритм их тел достиг безумной скорости, дрожь содрагнула их изнутри и они без сил распластались на середине кровати. Задыхаясь он яростного темпа, они не могли даже пошевелиться, осознание реальности провалилось сквозь землю, не давая долгое время придти в себя.