- Что такое? О чём ты? – Взволнованно спросил Владимир.
- Я долго думала и решила, что мне надобно уехать, - стараясь сохранить самообладание и не дать волю чувствам она поднялась и подошла к окну. – Аксинья на днях уезжает в соседнюю губернию, я поеду с ней. Так будет лучше, там безопаснее, ведь покоя нам не будет…
- Что ты такое говоришь? – Владимир подошёл и взял её за плечи, от чего она вздрогнула.
- Я долго думала и решила, все что происходит делает несчастным троих людей, - она повернулась и посмотрела в его непонимающее глаза, но она не могла иначе и впервые мысленно согласна с Анной, - ты разрываешься между мной и твоим долгом мужа, ты не можешь найти покой и это тебя мучает. Твоя жена, как бы то не было любит тебя и хочет лишь для себя и я её понимаю. А я всегда ждала тебя и буду ждать всегда, дни, месяцы, годы… Я уеду, но напишу где ты сможешь меня найти и я знаю, ты приедешь к нам. Мы с Алёшей будем ждать тебя всегда…
На это он с силой прижал её, удивляясь ее мудрости. В последнее время он долго думал, о том что ей нельзя оставаться здесь, но не мог найти решение, а она решила всё за них. Одно беспокоило, что её увезет с собой Аксинья, а ведь не он на дух не переносит. Но в глубине души был рад, что будет знать где София и Алёша, стало быть обязательно поедет к ним как только они доберутся, дабы самому убедится у их безопасности.
- Не нравится мне, что эта ведьма будет рядом, - сказал он обнимая её.
- Она так много для меня сделала, - ответила София, поднимаясь на носочки, чтобы поцеловать его губы, - она помогла нашему мальчику появиться на свет, спасала мне жизнь, так что она не даст нас в обиду.
- Я понимаю, - со вздохом согласился Владимир, - знаешь я не буду против. Однажды после пожара, когда ты лежала без чувств, я молился, впервые в жизни я чего то просто у Бога. Я просил, чтобы ты выжила, а ежели он поможет я отпущу тебя, когда ты попросишь. Поэтому я отпускаю не потому, что мне легко, а потому что очень сложно. Я буду умирать от тоски, но ежели узнаю где ты, моя жизнь станет легче. Я буду искать тебя в звёздах, ветре и даже цветах, в своих отражениях и самом себе.
Глаза Софии наполнились слезами, она слушала и её сердце рвалось на части. Как больно осознавать, что он и она два противоположных берега, а её поступки самообман и грезы, в которых она запуталась. Как поздно она поняла, что любит, вернее созналась себе, а теперь её сын никогда не сможет быть рядом со своим отцом, а она превратится в сплошное ожидание. Но даже это не смогло бы её остановить, она любила и любит, а это многое оправдывает и на многое закрывает глаза.
- Всё что я делала в жизни, это для того чтобы быть ближе к тебе, - произнесла она, а он поднял её и усадил рядом с собой, - с того момента, как я увидела тебя, ещё девочкой, ты изменил меня, перевернул мой мир, сделал мою жизнь ценнее. Я не жалею, не прошу вернуть то время, а знаю что всё не зря, я люблю и страдаю, плачу и смеюсь, а значит я живу.
- Какая же ты у меня мудрая, - он чувствовал знакомый аромат яблоневого цвета, исходящий от кожи, а её руки с любовью перебирали пряди его чёрных волос.
– Верь мне, однажды мы уедем, ты я и наш сын…
- Я верю, верю… - она хотела продолжить, но его губы с жаром овладели её устами и огонь любви перемешал их друг в друге.
По приезду в Карамазово, Владимир попросил Марианну зайти к нему в кабинет, а Степана принести бокалы и вина. Он был так счастлив и ему донельзя хотелось разделить с кем-то свое счастье. Но кто если не экономка и лакей, именно они знали обо все с самого начала и теперь обязаны выпить за его сына. Когда сбывается мечта, мы всегда оглядываемся назад и смотрим через что мы прошли следуя за ней. А позади мы видим боль потерь, разочарования, обиды и протесты других, но если мы шли не обращая на все это внимания, то все высшие силы будут нам помогать, и мечта наша сбудется.
В переполненной счастьем душе, нет места обидам и неприязни, остается только сладкий вкус безграничной радости. Сегодня Владимир чувствовал, будто заново родился, не важно, что вскорости уедет София и увезёт его сына, главное он сможет его видеть и мальчик будет называть его отцом.
- Я хочу чтобы вы выпили со мной, - начал он разливая по бокалам алую жидкость, не обращая внимания на удивление слуг.
- Позвольте спросить, Владимир Иванович, что празднуем? – Спросила Марианна, взяв из рук хозяина бокал.
- У меня родился сын, - с гордостью ответил он, глотнув вина. - Мои поздравления, ваше сиятельство, - с улыбкой отозвался Степан, разделяя его радость.
- Вы знали обо всем и я не хочу нынче делить нас на хозяев и слуг, а прошу выпить за моего сына. – Владимир видел как улыбается лакей и как сделалась серьезнее Марианна.