Сначала они приехали в Минск. Вышла из автобуса, чуть пошатываясь от долгой поездки, и прямо в вестибюле встретила одноклассника, с которым сидела за одной партой. Он приехал с группой детей, сопровождающим. Сказать, что удивились этой встрече – ничего не сказать. Оба не могли поверить своим глазам. После выпускного в школе могли никогда и не встретиться, а жизнь их столкнула в Белоруссии. Так растерялись, что даже не спросили друг у друга, куда поступили. Лера постеснялась показать свой интерес. Они были готовы вечером по городу вместе походить, когда ещё пересекутся, но не сообразили, как договориться: ему за подопечными надо было следить, а её группа только устраивалась по номерам, куда её уже и звали. Пришлось попрощаться. Не понимали, что надолго, казалось, что снова встретятся в сентябре в школе.
Жизнь людей то сводит, то разводит. Всё зависело от их воли, а проявить её не получилось. Лера почувствовала, что слишком привыкла жить по советам родителей, поэтому трудно быть самостоятельной. Но родители ведь ничего плохого не советовали. Вот и специальность выбрала, как папа посоветовал. А сама о ней и понятия не имела.
А через день группа Леры уже гуляла в Вильнюсе. Город старинный, красивый, непохожий на тот, откуда приехали, но какой-то чужой. Не тронул он Леру, хоть она и хотела его полюбить, он же рядом с Клайпедой.
На обратном пути попутчики стали песни петь. Кто-то запел: «С чего начинается Родина». Все сначала подпевали, а потом притихли и пел только один смуглый мужчина, сидевший на переднем сиденье. Проникновенно пел. И в словах о Родине вдруг такая тоска зазвучала, словно она недостижимо далеко от него была.
Лера потихоньку соседку спросила, кто поёт и почему с таким чувством? Поездка была от завода, где папа работал, поэтому, кроме Леры, все друг друга знали. Узнала, что мужчина уехал из Испании в Россию и вернуться домой ему нельзя. Здесь женился, дети есть. С братьями встречался во Франции, куда ездил в отпуск. А мечтал об Испании. Чувства испанца, видимо, все поняли, и в автобусе стало тихо.
Лера задумалась. Она в Клайпеде, где родилась, в сознательном возрасте ни разу не была. Удивилась, почему раньше никогда не мечтала об этом? Кажется, именно тогда она впервые и подумала, хорошо бы в Клайпеде побывать.
Раньше с папиной работы её отправляли со старшеклассниками в круиз по Чёрному морю на теплоходе «Грузия». Заходили в Севастополь, Сухуми, Батуми. А конечный пункт был в Одессе, где кузина жила. Быт, архитектура, конечно, в городах сильно отличались, но это же были союзные республики, поэтому было много общего. Главное, везде по-русски понимали и разговаривали. Поэтому Лера спокойно представляла, что по направлению могла бы оказаться и жить в любой из республик единой страны.
Так почему бы Лере сейчас не поехать в Прибалтику. Сама поразилась, никогда не знала, что так сильно желала, ни с кем об этом не говорила, получается, даже от себя прятала.
Лера знала, что Клайпеда – самый старый город Литвы. Заложили город рыцари Ливонского ордена, потом он принадлежал Тевтонскому ордену, а в разные времена и Германии, и Франции, и коллективному управлению странами Антанты. Тогда Франция вынуждала Литву отказаться от Клайпеды и отдать её Польше. Но той и так уже принадлежал Вильнюс, а для Литвы был необходим выход к морю. Но, что удивительно, все государства признавали право городского самоуправления Клайпеды по текущим делам города.
За лакомый кусочек дрались. И всё это было не в древние времена, а в двадцатом веке. Очень уж у Клайпеды завидное географическое положение. Балтийское море, не замерзающее зимой, здесь переходит в Куршский залив.
Родители Леры и на Куршской косе раньше жили. И все-все истории, что мама о Прибалтике рассказывала, Лера помнила.
Ох, сколько родители попутешествовали по службе – по всей Прибалтике. Старшая сестра в один год пять школ сменила из-за переездов. Не позавидуешь. Быт офицеров был тогда совсем не обустроен. Одно время они в казарме рядом с оружейными пирамидами ночевали, а за занавеской солдаты спали. Мама рассказывала, что иногда пожалеет усталых от службы ребят и сама за них полы вымоет. Зато никакой дедовщины не было. Ну, откуда ей было взяться, если за шторкой семья командира жила.
А в Клайпеде, спустя десять лет после окончания войны, у них, наконец, появилась большая квартира, в самом центре. Лера как раз тогда и родилась. Но родители нигде, кроме России, жить не хотели. Папа вскоре демобилизовался, они всё оставили и уехали. Потому что служить надо, где прикажут, а жить – на Родине.