После того как я совершила бесчисленное количество ударов в воздух, удовлетворивших его требования, он встал передо мной.
— Ударь меня.
— Что?
— Ударь меня кулаком.
Я нахмурилась.
— Я не буду бить тебя.
Один уголок его рта приподнялся.
— Поверь мне, ты не причинишь мне вреда.
— Но…
— Если ты хочешь научиться бороться, ты должна привыкнуть бить людей, — он поднял руки перед своей грудью, развернув их ладонями в мою сторону. — А теперь ударь меня.
— Не искушай меня, — пробормотала я.
Я встала в позицию и нанесла удар правой рукой. Ударила его открытые ладони с негромким хлопающим звуком.
— Плечи вперёд. Теперь ударь меня снова.
Мой кулак пробил его ладонь второй раз.
— Расслабь руки. Снова.
Снова и снова, он заставлял меня наносить удары по нему, в то время как сам повелительно выдавал указания, подобно сержанту-инструктору по строевой подготовке. Сначала мы тренировали мою правую руку, и затем, наконец, когда он был удовлетворён результатом, он заставил меня проделать те же самые упражнения с моей левой рукой. Я потеряла счёт числу произведённых мной ударов, но я вспотела, и ко времени, когда он опустил свои руки и сказал мне сделать короткую передышку, мои руки ломило.
Едва ли прошло и пять минут, прежде чем он подал мне комплект гантелей.
— Теперь мы занимаемся силовой тренировкой и выдержкой. Закончим, когда ты больше не сможешь двигаться.
Я прищурила глаза, среагировав на его еле скрытую ухмылку. Он наслаждался этим.
Два часа спустя я выронила скакалку из рук и, тяжело дыша, прислонилась к стене. Я еле сдерживалась, чтобы не упасть на один из тренировочных матов, и единственное, что держало меня прямо, так это моё намерение не рухнуть и не признать поражение перед Николасом.
Он поднял скакалку и повесил её на крюк.
— Готова завязать с этим на сегодня?
— Нет, просто перевожу дыхание, — я отступила от стены и мои изнурённые ноги задрожали, но я устояла на ногах. — Что теперь?
Восхищение промелькнуло в его взгляде, и я почувствовала нелепую вспышку удовольствия. Он часами жёстко гонял меня, и думаю, мы оба были удивлены, что я всё ещё держалась на ногах.
Он отвернулся и начал укладывать гири на подставку в углу.
— Думаю, на сегодня хватит. Ты не хочешь переусердствовать в свою первую сессию.
— Ладно, — я не собиралась спорить с ним.
Я доказала себе, и теперь излечивающая ванна манила меня как песня сирены. Я не могла поверить, что считала занятия с Каллумом трудными. Мне очень повезёт, если я завтра смогу ходить… если не усну прямо в ванне и не утоплю себя.
— Завтра мы начнём работать с грушей, — сказал он, как если бы это было в некотором роде вознаграждением.
Сдержав стон, я открыла дверь.
— Круто.
Я могла поклясться, что услышала тихий смех, когда за моей спиной закрылась дверь.
* * *
— Эй, Сара, не возражаешь, если я сяду с тобой?
— Что? — я резко подняла голову из положения, в котором она лежала на моей руке, и искоса посмотрела на светловолосого парня, стоявшего передо мной, держа поднос с обедом. — Ох, привет, Майкл. Конечно, присаживайся.
Я села ровнее и исподтишка вытерла подбородок, на случай если пустила слюну, пока дремала. Окинув быстрым взглядом зал, я убедилась, что Николаса здесь не было, чтобы увидеть, как я заснула над своим обедом. Даже долгое отмокание в ванной не помогло мне после утренней тренировки с ним.
— Спасибо.
Майкл сел напротив меня и начал есть свой сэндвич. После нескольких укусов, он отложил его в сторону и плотно сжал губы, словно хотел что-то сказать. Я не стала давить на него, так как посчитала, что он выложит всё, если захочет.
— Я слышал, что случилось в городе, — в итоге произнес он. — Все только об этом и говорят. Вы с Джордан, в самом деле, убили всех вампиров исключительно своими силами?
— Да, но это были новорождённые вампиры, и Джордан свела счёты с двумя из них.
Я пересказала ему историю, хотя знала, что он уже слышал версию Джордан.
Его голубые глаза горели от возбуждения.
— Ничего себе! Это совершенно потрясающе.
Я не смогла сдержать улыбку.
— Да, полагаю, так и есть.