— Сара, ты пропустила остальную часть вечеринки и… Эй, где твоя обувь? — сказал Джош, когда я пробегала мимо него по ступенькам.
Я в изумлении опустила взгляд на свои ступни в носках и осознала, что моя обувь всё ещё находилась в гостиной комнате Николаса, где я скинула её прошлой ночью.
— И не спрашивай, — пробормотала я и поспешила мимо него, чтобы скрыть жар, поднимавшийся к моим щекам.
* * *
— Нейт, это снова я. Звоню просто узнать, как ты себя чувствуешь. Знаю, вероятней всего, ты прямо сейчас спишь, но позвони мне, когда получишь это сообщение. Ладно?
Я положила телефон, и продолжительное время не сводила с него глаз. Это был третий раз за сегодняшний день, когда я позвонила ему, и он ни разу не ответил. Вчера я поговорила с ним всего несколько минут после обеда, и он сказал, что много спал из-за назначенных ему доктором таблеток. Он совсем не был похож на самого себя. Беспокойство терзало меня. Было ли это нормально спать так много с пневмонией? Достаточно ли он питался? Я решила позвонить Нейту ещё раз через два часа, и если он не поднимет трубку, я буду на следующем самолете, направляющимся на восток, хотел он этого или нет.
Я подошла к окну и окинула взором толстый покров снега, сверкавший в последних лучах вечернего солнца. Я никогда не видела снег на День Благодарения, и не смогла не восхититься поразительной картиной, созданной укутанным в снег лесом и возвышавшимися на расстоянии горами. Выглядело это как нечто из сказки.
Отвернувшись от окна, я мельком взглянула на будильник и увидела, что было уже больше пяти вечера. По всей вероятности, все остальные находились уже внизу, собравшись на праздничный ужин. Я сменила футболку на милый топик и расчесала волосы. У меня не было праздничного настроения, но Тристан с нетерпением ожидал наш первый День Благодарения вместе и он обидится, если я не пойду. Я не буду с ним так поступать лишь потому, что увязла в хандре из-за Нейта.
К тому же это будет мой первый День Благодарения с Николасом. Тепло наполнило меня от воспоминания о пробуждении в его руках. Он был таким нежным и открытым прошлой ночью, и он сказал, что мы не будем торопиться и разберёмся во всём вместе. Что это означало? Поцелует ли он снова меня? Всё внутри меня очень сильно затрепетало, и я прикоснулась к губам, вспомнив наш первый поцелуй, о том, как его рот исследовал меня и его опьяняющий запах. Несомненно, я надеялась, что он сделает это вновь.
Стук в мою дверь вырвал меня из сна наяву, и я покраснела от того, как сильно один поцелуй мог повлиять на меня.
— Одну минуту, — выкрикнула я, постаравшись прийти в себя.
Когда я повстречала Джордан на обеде, я совершила ошибку, сказав ей, что была не в настроении для ужина в честь Дня Благодарения. Она заявила мне, что если я не появлюсь, то она лично придёт за мной. По-видимому, она решила не ждать.
— Что ты здесь делаешь? — заикаясь, произнесла я, ошеломлённо посмотрев на того, кого меньше всего ожидала увидеть у своей двери.
— Не думаю, что это приличный способ приветствовать человека, который сопровождает тебя на ужин, малышка.
Я шагнула в коридор.
— Ужин? В библиотеке?
Десмунд улыбнулся с непринужденностью, какую я никогда в нём не видела.
— Тристан не простит мне, если я оставлю тебя для себя одного сегодня. Не стоит и упоминать одного воина, который также посчитает себя оскорблённым моим поступком, — он протянул руку в обход меня и закрыл дверь. — Тристан рассказал мне, как сильно тебя расстроил тот факт, что твой дядя не сможет быть здесь. Понимаю, я плохая ему замена, но надеюсь, ты позволишь мне составить тебе компанию вместо него.
В моём горле образовался ком. Десмунд покинул своё убежище и пожелал присоединиться ко всем тем людям ради меня? Был ли это на самом деле тот же самый мужчина, с которым я познакомилась всего лишь три коротких недели назад? Он производил впечатление сильного и уверенного в себе мужчины, и выглядел намного здоровее, чем несколько недель назад. Но был ли он готов так скоро встретиться лицом к лицу со всеми теми людьми?
— Это так мило с твоей стороны, но ты не должен делать этого. Я знаю, как сильно ты не любишь сборища людей.
Его рот изогнулся в заносчивой ухмылке.
— Поправочка, моя дорогая, мне не нравятся все. За исключением присутствующих, конечно, — он подал мне руку. — Пойдём?