«Надеюсь, ты полюбишь это так же, как и я. Десмунд.»
Почерк был элегантным и педантичным с тонким росчерком на букве Д в начале его имени, именно как я и ожидала, что должен был писать английский лорд. Я просидела за столом целую минуту, пристально изучая записку и восхищаясь тем фактом, что Десмунд, в самом деле, послал мне подарок, прежде чем отвернула в сторону шелковую бумагу и обнаружила два диска с лучшими произведениями Бетховена и Шуберта.
Тронутая его подарком, перед тем как снова сесть за компьютер, я поставила в проигрыватель диск с композициями Шуберта. Моё хорошее настроение длилось ровно столько, сколько мне потребовалось времени зайти на свой любимый форум и обнаружить здесь будоражащую активность. Наблюдатели за вампирами сегодня вечером стояли на ушах, обмениваясь историями о подозрительных исчезновениях по всей стране, предположительно связанных с вампирами. Происходило что-то неладное и все были на взводе. Люди пропадали всё время, но вампиры обычно старались быть осторожными относительно своего причастия, принимали меры, чтобы не охотиться открыто и не привлекать особо много внимания. Но согласно историям, которые я прочитала, количество случаев исчезновения людей практически удвоилось в Лос-Анджелесе, Вегасе, Хьюстоне, и в ряде других больших городов. Я жевала нижнюю губу, пока читала каждый тревожный пост. Могли ли вампиры на самом деле быть ответственными за все эти исчезновения? Если это было так, почему они не были более аккуратными, чтобы скрыть свои следы? Неужели их вовсе не волновало, что Мохири до них доберутся?
Письмо от Дэвида пришло как раз, когда я уже собиралась выйти из системы на ночь. Оно было кратким, как и большинство его посланий, просто ремарка, чтобы сообщить мне о его предположении, что одна из его зацепок, возможно, выгорит, и он даст мне знать, если что-нибудь случится. Он также упомянул об увеличении деятельности вампиров и сказал мне убедиться, что я не буду высовывать нос. Я закатила глаза, выйдя из сети. Как будто мне надо было об этом напоминать.
Позже, когда я лежала в кровати, пытаясь успокоить ход своих мыслей, я почувствовала нежнейшее касание к своему разуму. Это заставило меня подумать о Николасе, и чувство безопасности поселилось во мне. Было странным то, что он до сих пор был единственным Мохири, кого я могла ощущать подобным образом.
Может быть, если я научусь соединяться со своим Мори, я буду более приспособлена к другим. «Как думаешь, демон?» Я поинтересовалась у него, когда стала сильнее погружаться в сон. «Ты готов завести ещё нескольких друзей?»
Это могло быть игрой моего воображения, но я клянусь, что он сказал: «Нет».
Глава 11
— Мы не пойдём к озеру?
— Не сегодня.
Я пошла следом за Николасом за угол главного здания, ожидая разъяснений, которых так и не последовало. Свирепо посмотрев ему в спину, я заторопилась, чтобы поспевать за его широкими шагами, в то же время, гадая что, чёрт возьми, встревожило его этим утром. Он едва обронил мне одно единственное слово со времени, как пять минут назад появился в обеденном зале, и с его яростным видом было куда сложнее справиться, чем с его настроением прошлым вечером. Я смеялась над чем-то, что сказал Терренс, когда появился Николас и взглянул на нас так строго, что бедные Терренс и Джош чуть ли не съёжились от страха и поспешили убраться прочь за свой стол. Даже Джордан воздержалась от поддразниваний меня насчёт Николаса, когда увидела выражение его лица. Я понятия не имела, что с ним происходило, но определенно, он не был всё ещё расстроен из-за случая с карками. Мы прошли через гораздо худшие ситуации, и я никогда не видела его в таком дурном настроении после любой из них.
— Не замедлишь свой шаг? Я не собираюсь гоняться за тобой повсюду, лишь из-за того, что ты слишком раздражён, чтобы идти как нормальный человек.
Я не ожидала, что он остановится и неожиданно развернется, и я налетела на него. Отстранившись, я потерла нос и открыто встретилась с его неумолимым пристальным взглядом. Это — чем бы это ни было — возможно, напугало бы любого другого, но я испытывала всю тяжесть настроений Николаса слишком много раз, чтобы устрашиться.
— Я не раздражён, — заявил он, как будто я оскорбила его.
— Серьёзно? Так вовсе и не скажешь.
Он снова начал идти, но на этот раз медленнее, и я смогла идти с ним в ногу.