Я обернулся к Сиду, он уже не смотрел на меня с подозрением. Встретившись со мной взглядом, он лишь пожал плечами, как бы говоря: «Могло быть и хуже, да?»
И, наверное, он был прав. Кто-то мог заболеть, кто-то мог умереть… но женитьба? Почему мне казалось, что всё произошло так внезапно, хотя это было не так? Они были вместе уже много лет, и почти год жили под одной крышей. И были счастливы вместе, так почему бы не пожениться? Разве не так поступают люди?
Так почему же у меня в груди словно раскалённый свинцовый шар? Почему мне кажется, будто они должны были подготовить меня?
Я оглянулся на Люси, которая встретила мой взгляд и улыбнулась.
— Рики теперь будет вроде твоего брата.
Я выдавил смешок, взглянув на него.
— Ага. Брат.
Он неловко улыбнулся.
— Я хотел тебе сказать, чувак, но… со всем этим…
«Со всем этим».
Он имел в виду войну. Имел в виду взрыв, мои уши, мою постоянную борьбу с демонами в голове…
Рики не думал, что я смогу вынести ещё и это — и был прав.
Я издал ещё один сдавленный смешок.
— Всё нормально.
В его глазах вспыхнула надежда.
— Правда? Ты уверен?
Мне оставалось лишь энергично кивнуть.
— Конечно. Да брось, — фыркнул я, будто всё это нелепо, будто у них не было ни единой причины считать, что я вернусь домой и залью это отчаяние бутылкой «Джека», которая меня ждёт.
— Я, э-э… надеялся, что ты будешь моим шафером. Если хочешь, конечно. То есть ты не обязан, не чувствуй давления, но…
— Нет, нет, — перебил я, качая головой. — Я… да, я буду рад. Спасибо… за то, что… подумал обо мне.
Как неловко. Как охренительно неловко.
Это был парень, который дал мне передышку от моего адского детства. Парень, который фигурировал в каждом хорошем воспоминании о школе. Я всё ещё считал его другом — даже хорошим, — но вся эта история с моей сестрой слишком глубоко засела во мне, и это чувство неловкости было чертовски трудно преодолеть. Может, я и был мудаком — не знаю, — но это было не так-то просто преодолеть, даже спустя столько лет. И почему? Я мог разговаривать с Рики, мы иногда встречались — наша дружба восстановилась, и всё было хорошо, но, когда дело касалось Люси, я просто не мог с этим справиться.
Был ли я таким же с Сидом? Я взглянул на него, и его взгляд был устремлён на Грейс. Выражение его лица сказало мне всё, что нужно было знать. Их отношения были новыми — всего несколько месяцев, — но этот парень будет любить мою сестру всю оставшуюся жизнь. Я просто знал это. И да, это беспокоило меня. Может, не так сильно, как с Рики. Сид попросил моего благословения, предупредил меня, прежде чем сделать шаг, но… чёрт, его отношения с Грейс тоже сильно меня беспокоили.
Но почему?
* * *
Я задавал себе этот вопрос ещё целый год, заливая дни алкоголем, пока не настал день свадьбы Рики и Люси. Я с трудом проковылял по проходу, ведя под руку Грейс — подружку невесты. Затем встал рядом с Рики, пока остальные подружки и друзья жениха шествовали по проходу, прокладывая путь моему отцу-засранцу, который должен был подвести прекрасную невесту к её жизнерадостному жениху.
Я не видел отца с момента возвращения домой. Он не явился на репетиционный ужин, заявив, что не нуждается в репетиции того, что люди делают веками, и теперь у меня сводило живот от одной мысли, что я снова увижу его спустя столько времени. Что он обо мне подумает? Скажет ли он что-нибудь о слуховых аппаратах, которые были достаточно заметны, если знать, где их искать?
«Может, он пожалеет меня».
Господи, неужели я хотел именно этого? Чтобы отец испытывал ко мне жалость? Я предпочёл бы уважение, но, видимо, жалость лучше, чем его презрение.
Я сжал челюсти и руки в кулаки, когда мелодия сменилась с «Can’t Help Falling in Love» Элвиса на «Wonderful Tonight» Эрика Клэптона. В памяти всплыл образ женщины с рыжевато-русыми волосами.
«Мелани».
Её мягкие, манящие губы. Добрые, сверкающие голубые глаза. Мелодичный голос и сладкий, сладкий смех. Я хотел танцевать с ней под эту песню, звучавшую из музыкального автомата. Хотел… чёрт, я хотел так многого той ночью, и спустя годы всё ещё не мог избавиться от неотступного вопроса: «А что, если всё сложилось бы иначе?»
Что, если бы у неё не было парня? Что, если бы я не был просто проездом?
Я не знал, почему я так ярко помнил ту незначительную ночь или почему ощущал такую острую боль в груди при мысли о ней, но это было так — пусть даже на мгновение. Я погрузился в это чувство, утонул в нём, жалея, что так и не решился танцевать с ней. Не поцеловал её. Не сказал, что чувствую, хотя, возможно, она чувствовала то же самое. Возможно, она позвонила бы своему парню, сказала, что всё кончено, призналась, что безумно влюбилась в сержанта из Массачусетса, и тогда всё — каждая долбанная мелочь — могло бы сложиться иначе…
Я оторвался от воспоминаний о тоске в тех голубых глазах. Я видел её так отчётливо, словно встретил вчера. И хотел вернуться туда. Я жаждал её. Смотрел на её образ, желая, чтобы он стал реальностью, пока…
Пока не моргнул снова и видел лишь его.
Отца.
Казалось, его пятидесятилетний возраст почти не коснулся его, лишь на висках виднелось чуть больше седины, чем раньше. Отец смотрел вперёд, словно никого не видя, губы сжаты в твёрдую, жёсткую линию. Он не был счастлив. Нет, отец совсем не радовался этому событию, но, чёрт возьми, он пришёл. О господи, он явился на свадьбу моей сестры! А когда меня нужно было забрать из аэропорта, этот жалкий ублюдок бросил трубку. И вот он здесь!
Ярость и горе сдавили грудь, и я прикусил щёку изнутри, чтобы не броситься на него с кулаками. Мне хотелось сломать его. Хотелось бить его по ушам, пока он тоже не оглохнет.
Но тут Рики положил руку мне на плечо и это прикосновение странным образом вернуло меня в реальность. Я повернулся к нему и увидел в его глазах старого лучшего друга. Одного из немногих, кто знал, каким жестоким, беспощадным человеком был мой отец.
— Ты в порядке? — тихо спросил Рики.
Я знал, что, если скажу «нет», он может сделать что-то необдуманное. Что-то, что испортит этот день для него и моей сестры.
Я сглотнул и подавил свой гнев.
— Ага. Я в порядке.
Он прищурился, посмотрев на меня с сомнением и знанием дела.
— Ты уверен?
Я перевёл взгляд на отца и увидел, что он смотрит прямо на меня. Поборол желание вздрогнуть под его пристальным взглядом и снова посмотрел на Рики.
— Всё нормально. Я справлюсь.
— Думаю, я говорю за всех нас, когда заявляю: я начинаю подозревать, что ты врёшь каждый раз, когда это говоришь.