С тех самых пор минуло несколько лет, камень, вырученный за возвращённый баронский глаз, изменился до неузнаваемости, напитавшись жертвенных сил, он стал главным магическим инструментом. Поэтому немудрено, что, столкнувшись с проблемой самоцветов, необходимых для фокусировки сплетаемых в заклинание всё более мощных силовых линий, колдун сразу вспомнил о бароне Граните с его новой проблемой.
Около года назад слуга, вернувшийся из города, принёс записку, в которой неназванная особа просила о встрече. К записке прилагалась пластина полированного гранита. Визитная карточка барона отличалась оригинальностью, самая распространённая в горной местности порода получила столь искусную обработку, что поверхность камня обрела иллюзию глубины, казалось, будто каменный прямоугольник имеет гораздо большую толщину, чем это есть на самом деле.
То был первый раз, когда в Башне появился гость, и хозяин по этому поводу изрядно нервничал. Даже своих близких конфидентов он не пускал дальше порога, а сейчас испытывал едва ли не физическую боль от нарушения собственного правила. Этот сильный одарённый не должен был покинуть его обиталище, но тем не менее уйдёт целым и невредимым. Впрочем, причина нарушения заведённого порядка вещей действительно оказалась веской, иного места, которому можно доверить столь страшную тайну отыскать невозможно.
У барона после долгих лет брака наконец родился наследник, но к величайшему огорчению молодого отца, тот оказался начисто лишён магических способностей. Сам барон был пятым, самым младшим, ребёнком у своих родителей и единственным носителем дара. Это обстоятельство и обеспечило ему баронскую корону. Возможно двое других сыновей и таили в себе ревность, но будучи благоразумными людьми хорошо понимали, что не случись у них одарённого единокровного брата, то следующим бароном Гранитом станет представитель иной весьма отдалённой линии родичей, со всеми вытекающими и однозначно печальными последствиями.
Теперь барон вознамерился устранить всю нервозность, охватившую многочисленные ветви древнего рода, с нетерпеньем ожидавших новостей о статусе родившегося мальчика.
Согласно устоявшемуся мнению в естественный ход вещей, заведённый богами, человек вмешаться неспособен, разве что древние герои бросали вызов судьбе и могли изменить предначертанное. Азурия Воздающая, после обретения силы, смогла найти всех своих детей, угнанных в рабство, и наказать эльфийского князя, возглавлявшего набег, а Элиах Морамор почувствовал в себе силу уже на склоне лет и совершил все свои главные подвиги, когда его сверстникам положено внуков нянчить. Все деяния геров хорошо описаны в народных легендах и объединяет их одно важное обстоятельство – происходили они очень давно, едва ли не во времена Тёмного Властелина. Теперь же, если кто и слышал о чудесном обретении силы, то виной тому было не божественное высшее вмешательство, а, к примеру, ворожба сельских знахарок или же злое колдунство орочьих шаманов.
Однако, как утверждает всё та же народная присказка – дыма без огня не бывает. В коллекции заклинаний колдун имел описание ритуала позволяющего повысить уровень мага за счёт принесения в жертву более продвинутого коллеги, но для сколько-нибудь заметного эффекта разница в уровнях должна быть очень значительной. В ситуации с наследником барона требовалось решить похожую задачу и лёгкую, и сложную одновременно. Колдун с высоты своего опыта мог оценить перспективу всего предприятия, и чувствовал через сродство с магией крови, что задача ему по плечу. Необходимы лишь время и ресурсы. Он озвучил эти условия барону и рассмеялся, услышав в ответ высокомерное, что времени ему отводится полгода и открыто финансирование на любые расходы.
Лицо барона темнело, наливаясь кровью, по мере того как он выслушивал, что же именно имел ввиду колдун, говоря о времени и ресурсах.
Высокородные брезгуют испачкать собственные руки в крови, предпочитая всё сделать чужими руками, и пуще того, терпеть не могут разговоров о собственной причастности к делам сомнительным и тёмным. От того и спрос на услуги тайных дел мастеров высок не только в столице Империи, но даже здесь, на её окраине. По этой причине колдун испытал лёгкое беспокойство за собственное будущее - он не имел абсолютной уверенности, что защита Башни достаточно надёжна и сумеет удержать мастера Теней или иного адепта учения о тайных тропах.
Он криво усмехнулся мыслям о истинной благодарности властителей этого мира. Но мало будет проникнуть за стены его цитадели, ещё потребуется оставаться незамеченным для нанесения рокового удара, а тут нежданного гостя ожидают сюрпризы. Во-первых, и сам хозяин способен в своём доме ощутить буквально любое шевеление воздуха, во-вторых, верный гоблин обладает просто-таки сверхъестественным чутьём на любое магическое возмущение, даже невинные действия жертв, запертых в камерах подземелья, не ускользают от его внимания. Важное умение, ведь некоторые из одарённых способны уловить струящиеся природные нити энергии и, не потревожив их ламинарного истечения из земных глубин, сотворить свою собственную магию. Это ни разу не доставило колдуну существенных неприятностей, но сама возможность творить волшбу в его владениях неприятно удивляла.