Глава 3
Идар Вогл боролся с волнами раздражения, захлёстывающими сознание. В момент очередного наката он терял связь с действительностью, как будто в самом деле его накрывала тяжёлая тугая вязкая жижа.
- Й-йа… Йа же п-просто на рыбалку… а там же ж черви, - мальчишка в одежде из поношенного, местами штопанного домотканого полотна, то и дело шмыгал и утирал нос широким рукавом рубахи, - Они же на камни сами лезут, сыро им сейчас, ведь дождик же неделю мочит.
Вогл в три дня проскакал без малого полторы сотни вёрст. Из них сотню, можно сказать, пролетел на перекладных по прекрасному каменному имперскому тракту, но оставшийся путь с двумя ночёвками в убогих придорожных трактирах, мало, что отнял большую часть времени, так и вымотал его и физически, и душевно.
- У нас же тут многие так делают, - продолжал ныть тощий белобрысый пацан, - чего только меня-то, а?
Сопли, размазанные по всему лицу, застыли, а глаза припухшие и красные уже не источали потоки слёз, не иначе стервец почувствовал, что гроза прошла стороной. Вогл и в самом деле досадовал вовсе не в отношении сидящего перед ним голодранца. Он всей своей душой ощущал за этой историей что-то мрачное и даже зловещее. Уж больно всё это нарочито, шито белыми нитками. И бесился благородный идар именно из-за того, что не понимал происходящего, примеряя на себя роль пешки в чужой игре.
Он сорвался в дорогу, едва получил известие о чернокнижнике, схваченном в уединённом селении на полпути к Морозным горам. В стороне от имперского тракта на плодородных землях крошечной долины уютно разместилась деревенька в два десятка дворов. Рудников по близости не имелось, основной путь на север пролегал в стороне, а к побережью вела извилистая повторяющая изгибы реки дорога, по которой изредка крестьяне отвозили в порт излишки продовольствия. Ни дать ни взять медвежий угол – самое место затаится ведьме или мерзкому колдуну.
В полученном сообщении речь шла о злоумышленнике, в предрассветный час собиравшем на кладбище землю не иначе как для своих нечестивых ритуалов. Всё последнее время, пребывая в нервозном ожидании чего-то совсем нехорошего, явный советник не желал признаваться себе, что виной тому связь с колдуном, и вот, продолжая игнорировать реально существующую проблему, он словно скаковая лошадь, завидевшая падающий сигнальный флажок, рванул фальстартом на этот ложный вызов.
Накопать червей к утренней зорьке никак не потянет даже на полдюжины плетей, пусть и собирали эту немудрённую наживку среди кладбищенских камней. Впрочем, разукрасить спину умнику, позволившему себе дерзость так пошутить с Канцелярией, надо всенепременнейше.
Идар Вогл тяжело поднялся из-за стола и направился к выходу из дома старосты, в подвале которого все эти дни содержался подозреваемый. Хозяин обнаружился здесь же, во дворе у крыльца, задрав голову он щурился на развидневшееся небо, до сегодняшнего дня беспрерывно поливавшее землю.
- А, погодка-то, - староста от долго разглядывания светло-жёлтого пятна прогала в облачной завесе предсказуемо сморщился, и повинуясь световому чихательному рефлексу, выдал душевное «апч-хи».
Вогл предусмотрительно задержался на верхней ступеньке крыльца и дисперсное облако рассеялось на безопасном расстоянии. Староста, как только что перед этим мальчишка, утёрся рукавом. Оба жеста в точности копировали друг друга и советника посетила догадка о том, что все деревенские наверняка родственники друг другу.
- Так что, стал быть, забираете чернокнижника?
Что это, внутриклановая борьба в деревне, а мальчишка принадлежит к конкурирующей партии? Вогл давно обратил внимание, как только сообщество людей разрастается до необходимости самоорганизоваться и выстраивать минимальные иерархические структуры, то независимо от социального статуса в подобных группах возникает политическая жизнь, с её нешуточной борьбой за правду и справедливость. Данная деревня расположена в поистине райском уголке - пашни жирной земли, тучные стада, речушка подпруженная дамбой с мельничным колесом, - поэтому и жизнь здесь должна быть наверняка обильна и богата. Отчего же тогда на всю долину не более двух дюжин домов поставлено? Ответ вот он - стоит пред очами явного советника. Ревнитель старых патриархальных устоев с нарочитым проявлением приверженности начальству, всех их идеям и поведению. Главная задача жителей деревни обеспечение продовольственной безопасности местного барона, соответственно все ресурсы должны использоваться максимально эффективно и не положено на местных землях иметь едоков сверх необходимого для культивации этих самых земель. Куда староста сбавляет лишних людей? Вогл не желал знать, если юношей, выращенных на сельском приволье с постоянными нагрузками и хорошим питании возьмут, что в мастеровые, что в портовые работники, а самых бестолковых в матросы или солдаты, то к чему пристроить молодых селянок благородный идар вовсе не желал знать.