Та эффективность, с которой магия патриархов рвала астральную тварь, в умах всех переживших катаклизм, рождала одну и ту же мысль, что всё могло бы решиться одной единственной слаженной атакой. Каждое из семи заклинаний пробивало защиту пришельца, его пронзали лучи света, сотрясали разряды молний, секли гигантские лезвия, но ни один из ударов не смог его остановить. Неумолимое продвижение монстра сдвигало в сторону имперского лагеря и гибельную для всего земного частицу среды, вырванную из самой глубины Астрала. Парализующие, темпоральные заклятия не оказывали на гигантскую гусеницу ни малейшего влияния, наверное, по этой причине первым заклинанием, рождённым кругом волшебников с императоров во главе, стал призрачный гвоздь.
Гигантское псевдонасекомое извивалось в попытках снять самое себя с пришпилившего его к земле колдовского предмета, в то время как круг чародеев продолжал накачивать его силой. Семеро волшебников несколько мгновений продолжали поливать врага высшими заклинаниями, но вначале один, а за ним и остальные, присоединились к усилиям Круга в удержании твари на месте. План казался прост, точно также как и все прочие призванные сущности, чудовище, вырванное ритуалом из астральных бездн. способно находиться в реальном мире лишь ограниченное время, по истечение которого оно либо отправится восвояси, либо издохнет, лишившись как жертвенных сил, так и своих собственных.
Агония гиганта была ужасной. Тварь рвалась изо всех сил, из раны в месте прокола струями била энергия, по округе вновь покатились волны искажений, и к моменту, когда она затихла, местность утратила всякое сходство с прежними земными пейзажами.
Между двумя армиями теперь пролегало искривлённое пространство, где невозможно наверняка определить расстояние до предметов. Земля, трава, мелкие звери, насекомые под воздействием ткани иной реальности и в изобилии разлитой некротической энергии мутировали. Огромное поле, выбранное полководцами обеих армий для битвы, превратилось в зону отчуждения – проплешину, которую подобно пустошам в восточном пределе Столицы, и через столетия предпочитают обходить стороной как местные жители, так и путешественники, направляющиеся в южные пределы.
От всех тех тысяч, что пришли под имперскими знамёнами уцелел лишь обоз, расположившийся за боевыми порядками и в полном составе кинувшийся наутёк, стоило первым волнам Астрала докатиться до телег и палаток тылового лагеря. Никто и не ожидал от кашеваров с коневодами стойкости и воинской доблести, ведь их не прикрывали мощные артефакты, а тягловый скот не имел той муштры, что обязательна для боевой лошади.
Собственно, вся битва свелась к частному сражению с астральным монстром, и, хотя человеческие маги развеяли противника в прах, но фактически император лишился своей армии. Он покинул поле боя с небольшим отрядом волшебников, числом не более полутора сотен.
Готовить свой главный город к обороне, в то время как враги наступают на пятки, не имело практического смысла. Император со своими приближёнными направился в западные княжества, среди которых нашли свой дом подгорные жители.
***
- Компания посреди собственных земель и ведение боевых действий на значительном удалении от них это две большие разницы. Снабжение и связь с маневрирующей армией требуют изрядного количества знающих людей. Поймать орков в родной для них степи и навязать сражение на своих условиях у нашей армии в её нынешних кондициях не получится, как бы кто ни старался, и кто бы что ни говорил, - идар Тоц неожиданно утратил прежнее благодушие. - Выбраться назад получится далеко не у всех.
Подчинённый почувствовал перемену в настроении начальства и счёл благоразумным воздержаться от комментария, сделав паузу.
Мужчины вновь в полной тишине принялись за вино. Амбер Тоц первым нарушил молчание.
- Скажите, Вогл, вы и вправду решили взять в ученики того мальчишку?
- Да. Представляете, после покушения тем же вечером он сумел-таки направить силу в камень.
- Учитывая сколько вы с ним провозились…, - скептически заметил тайный советник, делая неопределённый жест рукой.