Ковалев опять взял паузу, пробегая взглядом по лицам присутствующих. Тишину так никто и не нарушил, и потому Егор продолжил брифинг:
— После обретения нами относительной независимости от кнеса и ему подобных, считаю первоочередной задачей определить дальнейшую тактику нашего пребывания на планете. Предлагаю в качестве цели номер один определить исследовательскую миссию на месте крушения челноков «Смелого» и «Смирного». Задачи миссии: первое — сохранение ценных для нас ресурсов, второе — поиск останков экипажей этих челноков и организация достойных похорон. Это наши товарищи, и наш долг почтить их память. И третье — поиск черных ящиков с этих челноков. Их записи, мысли, отчеты, телеметрия и разговоры могут приоткрыть завесу тайны над экстренным отбытием «Магеллана» из Солнечной системы. У меня все. У кого какие возражения?
Ожидаемо слово взяла Мария. Девушка неторопливо поднялась, встала перед собравшимся экипажем, сменив Ковалева, и спокойно проговорила:
— Не вижу никакого смысла в предложенной товарищем майором миссии, — довольно сурово произнесла она. — Мертвым на почести наплевать! «Смелый» и «Смирный» выпали из луча в верхних слоях атмосферы, и характер их крушения не оставляет нам шансов найти хоть что-то мало-мальски целое. Плюс разброс обломков, даже если мы и найдем какие-то фрагменты, колоссален. Я внимательно изучила записи их крушения. Мы будем жечь драгоценное топливо, ища иголку в стоге сена. И я уверена — ничего из того, что мы сможем найти, не покроет тех затрат, которые мы понесем при этом.
— Ваше предложение? — уточнил я, и девушка, внутренне собравшись, продолжила:
— Мое появление на планете продиктовано тем, что я имела доступ к системам «Магеллана». Перед тем, как наш звездный крейсер лег на курс к червоточине, я своими глазами видела сигнал с планеты. Здесь, на Земле, мы тоже уже трижды фиксировали его, и мне удалось запеленговать источник. Мы имеем четкие координаты. Радиус поиска всего пятьдесят километров против трех тысяч в случае с поиском пропавших обломков.
— Вам удалось расшифровать сигнал? — перебил я девушку.
— Что? — не поняла Мария.
— Сигнал, который мы принимаем? — уточнил я. — Это сигнал бедствия, или, может, координаты, или кто-то просто забыл радио выключить?
Мария злобно сверкнула глазами и выпалила:
— Расшифровать сигнал мы не смогли.
— Почему?
— Мощностей компьютера «Ермака» не хватает, чтобы расшифровать данное сообщение.
— Как далеко нам лететь?
— Больше трех тысяч километров, — выдохнула девушка.
— Иными словами, — встал я со своего места, — мы находимся в лесу, полном смертельных опасностей, без источника света и с сомнительными перспективами на выживание, а вы предлагаете пойти в самую глушь только потому, что там кто-то запалил костер?
— Нет! — начала терять терпение Мария. — Я не предлагаю нам шарахаться по лесу. Я предлагаю проверить имеющиеся у нас координаты.
— А в чем, собственно спешка? — вмешался Ковалев. — Почему мы не можем отправиться в это дальнее и опасное путешествие, подготовившись несколько лучше?
— Потому что в любой момент сигнал может оборваться! — прорычала девушка.
Напряжение в салоне росло. Чак Ноллан тоже взял слово:
— Но ведь этому сигналу может быть несколько сотен лет. С чего вы взяли, что завтра он прекратится? К тому же вы сами сказали, что у нас есть точные координаты. Нам, по сути, вообще не нужен этот сигнал для ориентации. Прилетим, когда будем готовы. Просканируем местность. Найдем источник и изучим его как следует. Подготовленные. С провизией. С оборудованием. Зная устройство данного мира, а не с наскока.
— Согласен, подхватил Козырев. Чак еще слаб, и мы только что потеряли Филиппа. Нам бы в себя прийти…
— Да некогда нам в себя приходить! — выйдя из себя, закричала девушка. — Пока мы тут себя жалеем, там, возможно, кому-то помощь нужна.
— Кого вы там надеетесь найти, Мария? — наконец задал я прямой вопрос.
Девушка вздрогнула.
— С чего вы взяли, что я ищу именно кого-то? Я просто знаю, что поиск обломков шаттлов ничего не даст. А тут имеются точные координаты…