Саша Репей скептически покачал головой:
— Не думаю.
— Почему нет?
Несмотря на свой почтенный возраст и весь свой жизненный опыт, наш геолог был не прочь обмануться на время — как, впрочем, и все мы. Так же, как и всем, ему хотелось хоть на мгновение поверить в чудо. Но Репей был непреклонен.
— Файрволом «Магеллана» управляет не ЦУП.
— И что с того? — не унимался доктор Боровский.
— А то, что «Магеллан» спроектирован таким образом, что все ресурсоемкие задачи на нем выполняет новейший квантовый компьютер, а всеми задачами, связанными с жизнеобеспечением экипажа, занимается традиционный компьютер.
— Но в чем разница?
Репей постарался объяснить максимально просто:
— Предположим, у вас появилась возможность выполнять практически бесконечное число операций в секунду. То есть вы построили настолько мощный компьютер, что он может взять на себя управление практически всем на звездном крейсере. Да что там на крейсере? На всей планете. Стали бы вы доверять такому компьютеру всё?
Геолог замялся в нерешительности:
— Напрашивается аналогия со всеми яйцами в одной корзине, но не уверен.
Саша не стал комментировать аналогию геолога и продолжил:
— Так вот. Когда в двадцатом веке был изобретен принцип работы квантового компьютера, люди начали задаваться вопросом, а не получится ли так, что настолько мощная машина станет такой умной, что возьмет под контроль все без исключения аспекты существования человека? Искусственный интеллект такой машины, по расчетам, мог совершать немыслимое число операций в секунду. Все самые мощные компьютеры, которыми мы обладали на тот момент, даже в перспективе не смогли бы составить конкуренцию квантовому компьютеру.
— Да, на эту тему у нас накопилось множество теорий, — подхватил рассказ Ковалев. — Огромное число писателей-фантастов, футурологов, программистов и просто искушенных в этом вопросе людей в конце концов сошлись во мнении, что человек просто не способен обуздать подобную мощь. Все боялись одного: если на базе квантового процессора будет запущена программа с искусственным интеллектом, то миру придет конец. В арсенале самообучающейся и способной к самоанализу машины появится практически бесконечный источник вычислительных мощностей. Самые сложные философские вопросы человечества, включая и этические, будут проанализированы и решены таким искусственным разумом в считанные минуты. И никто не мог поручиться, что человек как биологический вид не окажется в этих вычислениях лишним производным.
— Да, помню-помню, — почесал затылок доктор Боровский, — в студенческие годы нас знакомили с несколькими ретроспективами на эту тему. В них показывали, как обезумевшие компьютеры захватывали власть на планете, порабощая людей.
— Согласитесь, не самая приятная перспектива, — заметил я.
— Да уж, — кивнул мне геолог. — И как же тогда мы выкрутились? Я как-то мало интересовался компьютерной темой.
— Так всегда и происходит, — успокоил старого геолога Ковалев. — Мы редко обращаем внимание на то, к чему привыкли. Устоявшиеся в мире открытия и технологии не заставляют нас трепетать. Сегодня компьютеры и искусственный интеллект для нас нечто само собой разумеющееся.
— Постойте, — удивился доктор Боровский, — вы же только что сказали, что искусственный интеллект вселял благоговейный страх в наших предков. Как же мы в итоге пришли к тому, чтобы доверить ему наши жизни? На планете все управляется благодаря этому искусственному интеллекту. Ну, — поправился доктор, — во всяком случае, до нашего отлета все управлялось искусственным интеллектом.
Саша Репей встал и начал расхаживать между рядами. Он явно любил эту тему, и было видно, что ему нравится просвещать нас. Я понимал, о чем именно сейчас будет рассказывать наш первый пилот, но посчитал, что для укрепления дружеской атмосферы в экипаже эта лекция будет уместной. Она и авторитет пилотам поднимет, и развлечет экипаж, а потому приготовился слушать.
— В том-то вся и соль! — взволнованно начал Репей свой рассказ. — Когда квантовые компьютеры из фантастики и экспериментальной технологии стали свершившимся фактом, мы получили сразу три глобальные проблемы. Одну мы уже обозначали — это возможный кризис управления. Самосознание и самоопределение искусственного интеллекта и, как следствие, его угроза человечеству. А второй проблемой стало то, что при появлении столь мощной вычислительной техники традиционная IT-отрасль могла накрыться медным тазом. Огромные IT-гиганты могли в одночасье получить колоссальные убытки, потому что уже не было смысла выпускать маломощные компьютеры старого образца. Выжили бы от силы две-три корпорации, которые первыми успели бы построить рабочие и доступные прототипы квантовых компьютеров. Все остальные просто разорились бы, не выдержав конкуренции. Ну, и третьей проблемой был потенциальный крах всей мировой финансовой системы. На тот момент в мире была сформирована рабочая финансовая модель, основу которой составляли криптовалюты.