Внезапный приступ мигрени вырвал меня из лап исследовательской эйфории. Я вспомнил, где находился и, к сожалению, вспомнил, что минуты две назад уже был готов отойти в мир иной. Но в свете новых открытий смерть уже не казалась такой уж логичной и необходимой. Было крайне интересно изучить данное озеро. Я помотал головой, стараясь прогнать подступающую дурноту, и сосредоточился на форме дна и стен озера. И более всего меня интересовали возможные проходы и лазейки. Но, к моему удивлению, геолокатор не смог пробиться сквозь плотную породу. Создавалось впечатление, что и дно, и стены озера состояли вовсе не из привычных грунта и глины, а из гораздо более плотного вещества.
— Нет, я тут не умру! — прорычал я в пустоту и, не совсем осознавая, что именно творю, упал на колени и начал скоблить перчатками дно озера. Я копал и копал, глухо рыча. Одышка уже не прекращалась, из горла пузырями выходила какая-то жидкость, но я все копал, и копал, и копал. Дно не поддавалось, и тогда я вновь схватил геологический зонд и начал долбить им твердую породу. В воде движения были неуклюжими, валкими, медленными. Раздавался глухой стук, но мне не удалось даже поцарапать поверхность. Без сил я упал на спину и, раскинув руки, зарыдал в голос. Давление в скафандре стало падать, и я начал ощущать, как медленно, но неуклонно толща воды впечатывает меня в дно.
Смерть от удушья, казавшаяся мне еще совсем недавно избавлением и благом, теперь представлялась мне самым страшным на свете исходом. Уж лучше бы я умер, как Филипп. Лучше от лап страшного медведя, но зато быстро и наверняка. А тут… Тут даже не поймешь, когда именно ты перешагнешь эту черту. Где она, эта смерть? Видит ли она меня сейчас? Или забудет меня тут одного на веки вечные? Увижу ли я ее? В чьем обличии она меня посетит?
— Филипп?
Почему-то стало светлее. Словно я был не на дне глубокой пещеры, а в бассейне рекреационного отсека «Магеллана». Передо мной стоял Филипп. Почему-то в одних плавках, с развевающимися в воде локонами волос. До службы на «Магеллане» он был красивым длинноволосым парнем с фигурой пловца-разрядника. Он стоял и, улыбаясь, показывал мне куда-то в сторону.
— Что? Ты пришел за мной? — прохрипел я. — Аааа, так вот ты какая?
Я обрадовался. Смерть пришла за мной в обличии последнего живого человека, которого я видел. Что же, вполне логично.
— Ты хочешь, чтобы я пошел за тобой, Филипп?
Видение кивнуло и, продолжая улыбаться, попятилось назад, подзывая меня кистью.
— Хорошо, — задыхаясь, выдавил я, — хорошо! С тобой я согласен уйти. Ты меня полностью устраиваешь.
Я собрал в кулак последние силы и медленно перевернулся на живот. Затем согнулся пополам и встал на колени.
— Ты только не спеши… Дай мне фору. Ты ведь уже там, а я еще нет.
Я изловчился и все-таки поднялся на ноги. Филипп уже был метрах в пяти выше меня и продолжал звать за собой. Я шел медленно. Очень медленно. Веки мои моргали все чаще и с каждой секундой казались все тяжелее. Но Филипп все еще звал меня за собой.
Наконец мы подошли к своду пещеры. Да-да! Я реально уперся шлемом в потолок. Филипп же, наклонившись, прошел дальше. Я последовал за ним и уже через мгновение оказался в другом помещении, отделенном от предыдущего резервуара перегородкой. Именно под ней мы и прошли с Филиппом. Но на другой стороне моего друга уже не оказалось. Свет вновь потускнел, и я опять погрузился во тьму.