Одри быстро подняла глаза вверх, часто моргая, когда по её щеке скатилась слеза. Она попыталась не выдать себя нахлынувшими всхлипами, чтобы не беспокоить Гранта и не нарушать этот момент. Последний момент, когда можно заново насладиться тем, что он рядом. В последний раз ощущать его объятия.
– Грант? – прошептала она, пытаясь отвлечься от нахлынувших прискорбных чувств, которые уничтожали её изнутри так же, как и тогда, когда она узнала, кто на самом деле Доминик Хардман. Сейчас было не менее больно, потому что теперь она не ощущала ненависти, которая ранее помогла справиться с тёплыми и светлыми чувствами к Гранту. Теперь Одри осознавала, как велика её любовь к убийце. Но гордость внутри соорудила неодолимую стену, которая не позволяла прогрессировать запретным чувствам.
– Да, солнышко, – так же тихо проговорил он, немного наклонив голову вбок.
– У тебя есть страхи? – спросила она то, что было не совсем уместно в такой момент, но именно этот вопрос давно её интересовал.
Он сделал паузу, а потом ответил:
– Когда я был маленький, безумно боялся высоты.
Одри подняла голову вверх, чтобы посмотреть на его лицо. Она широко улыбнулась, продолжая его слушать.
– В четырнадцать я впервые летал на самолете. И представь себе, тогда было так страшно, что стюардессе пришлось меня успокаивать.
Одри не смогла сдержать смех. Она прикрыла рот рукой, чтобы перестать смеяться:
– Не может быть. Не верю. Нет-нет, не могу представить тебя в таком испуганном состоянии.
Грант улыбнулся и, прищурив глаза, посмотрел на солнце:
– Это правда. Я был очень напуган.
– Ты только что бесповоротно уничтожил репутацию бесстрашного Гранта, – насмешливо проговорила она, всё ещё всматриваясь в его улыбчивые глаза.
– Нет бесстрашных людей.
Одри кратко кивнула. После паузы, которая была потрачена на то, чтобы вновь и вновь скользить взглядом по его красивому лицу, она продолжила:
– А сейчас ты чего-то боишься?
Грант больше не улыбался так, как раньше. Сейчас его улыбка казалась скорее грустной.
– После тюрьмы все страхи детства исчезли. Но появились новые.
– Какие?
– Я поставил цель больше никогда не переживать того, что было со мной в тюрьме. Для этого мне нужно было полностью изменить свою жизнь. Я хотел добиться власти и контролировать всё, что меня окружает, – он внимательно посмотрел в её зеленые глаза. – У меня это получилось. Теперь больше всего боюсь потерять эту власть.
Одри промолчала. Вновь опустив голову, она удобно устроилась у него на груди и тоже посмотрела на уходящее солнце.
– Не бойся. Ты не потеряешь власть.
– Почему ты так думаешь?
– Потому что очень сильный. Ты авторитет для своих людей. А, насколько мне известно, Блокада не маленькое сборище бандитов. Ты управляешь практически тысячей людей по всему континенту. Если смог добиться такого результата, то власть только в твоих руках и ускользнуть никак не сможет.
Грант улыбнулся, всё ещё поражаясь её спокойствию в этот момент. Она говорила о преступной группировке и убеждала лидера Блокады, что ему нечего бояться. Весьма странный получался у них разговор.
Грант слегка наклонил голову влево и принялся пристально разглядывать профиль Одри. Сейчас она была сосредоточена на красном солнце, которое уже почти полностью спряталось за горизонтом. Он почувствовал острое желание что-то изменить и сделать то, что могло быть довольно рискованным с его стороны. И плевать, если риск не оправдается.
Грант осторожно приподнял подбородок Одри, слегка поворачивая девушку к себе и, наклонившись, прикоснулся своими губами к её. Не встретив ни малейшего сопротивления он нежно ласкал контур мягких губ, не переступая дозволенный порог.
Вместо того, чтобы отстраниться, Одри подняла лицо, позволяя ему больше. Она отвечала на поцелуй, и нежность Гранта постепенно исчезла. Его действия становились грубее. Она знала, что может в любую секунду остановить Гранта, но вместо этого лишь положила руку на его грудь, скользя ею вверх.
Мужская ладонь сжала её затылок. Ещё сильнее и настойчивей Грант притягивал девушку к себе. Он целовал её долго, медленными пьянящими поцелуями заставляя расслабиться и полностью подчинить ему свое тело.