– Ты хочешь получить наказания от его руки? – всё так же противно улыбался он.
Одри стиснула зубы. Как ведь сложно признать, что Грант не кажется ей столь устрашающим, как этот небритый неделями мужчина, схвативший её в свои лапы, как добычу.
– Я хочу видеть Доминика! – проговорила Одри, удивляясь своему ровному голосу.
– А я хочу приобрести шкаф в Нарнию. Увы, наши с тобой желания не удостоятся выполнения, – мужчина притянул девушку к себе без особых усилий. Схватив её подбородок рукой, он приподнял его вверх, встречая ненависть в её проникновенном взгляде. – Не бойся, я не буду очередным из Блокады, кто тебя трахнет.
Самое ужасное, что он мог сказать. Одри ощутила необычайный прилив гнева, который за последние сутки чередовался у неё лишь со страхом. Она попыталась вырваться, ощущая дрожь в теле лишь от одной этой фразы. Всю ночь пыталась об этом даже не думать, чтобы не дойти окончательно до точки срыва.
Джексон издал хриплый смех, оборачиваясь в сторону двери, через которую выбежала милая рыжеволосая пленница. Он обернулся и медленными шагами вышел в огромный зал.
– Далеко собралась? – протянул он с удовольствием, останавливаясь в центре комнаты и наблюдая за усердными попытками Одри найти выход из логова чудовищ.
Она остановилась, понимая, как жалко выглядят её попытки спастись. Никто бы не оставил права на побег. Это клетка, в которой её заперли с дикими животными. Пора осознать свою участь и перестать надеяться на лучшее. Судьба мисс Уайт известна. Грант пустит ей пулю в лоб, потому что давать Одри свободу теперь попросту нельзя. Она единственная, кто может назвать полиции настоящее имя Доминика Хардмана.
– Что ты от меня хочешь? – спросила Одри, заметив, как задрожал собственный голос. Она уперлась в стену, желая находиться как можно дальше от преступника.
– Я ведь уже сказал. Мы будем играть, – задорно бросил он, делая медленные хаотичные шаги в её сторону.
– Не наигрались ещё, подонки?! – с яростью прошипела сквозь зубы Одри. Хотелось, словно мечом, просверлить собственным взглядом в его голове дыру.
Он разразился наигранным хохотом, остановившись в шаге от неё:
– Игра заканчивается только тогда, когда жертва ложится в могилу.
Одри еле заметно покачала головой, в очередной раз поразившись этим людям.
– Твоя яма ещё в процессе, – добавил он.
– Вы уже давно выкопали мне яму.
Джексон улыбнулся, останавливая свои карие глаза на её лице:
– Ты права. Играем мы тобой уже давно. Но всё же игрушкой ты была в руках Гранта. А теперь будешь моей.
Он отбросил прочь разговоры, делая шаг вперед, и уже во второй раз схватил девушку за запястье. Джексон сверху вниз посмотрел на свою жертву. Неосознанно он облизал губы в предвкушении.
– Будет весело, – он потянулся вниз.
Одри резко отвернула голову в сторону. Первое, что она ожидала от него, должен был стать как минимум отвратительный поцелуй, который бесспорно вызвал бы в ней чувство тошноты.
– Слушай, не выводи меня из себя, – повысив тон, бросил Джексон, сомкнув её в кольце своих рук.
Одри скривилась, не поддаваясь его грубости. Она всё ещё не решалась посмотреть на него, пряча лицо. Хотя его истинные намерения всё ещё оставались неизвестными. Возможно, Джексон и не собирался касаться её губ своими.
Одри вскрикнула, ощутив его душащие объятия.
– Ты должна быть послушной девочкой.
Джексон резко посмотрел в сторону стены, которая медленно начала подниматься вверх.
– Думаю, ты понимаешь, что наша игра останется в тайне! Не советую пытаться меня перехитрить! – он мгновенно отпустил Одри, буквально отпрыгнув от неё на несколько шагов.
В помпезную комнату въехала черная спортивная машина, заполняя помещение запахом бензина. Мотор заглох, и через несколько секунд распахнулась дверь.
Одри с неким облегчением выдохнула, понимая, что подоспела помощь не Джексону, а скорее ей самой. В этот момент требовалась именно защита. Хотя не было уверенности, что здесь вообще хоть кто-то имеет чувство сострадания и решится ей помочь.
Грант с непониманием уставился на Одри, остановившись в нескольких футах от неё. Он перевёл оценивающий взгляд на Джексона и на одно мгновение замер, словно загружая собранную информацию в свою голову.
– Джексон, – начал Грант. – Что здесь произошло?
Мужчина поднял глаза на Гранта и в недоумении приподнял брови: