- Что изменилось, Санса? – резко спросил он. – Еще совсем недавно ты обращалась со мной, как с посторонним. С чего вдруг такие перемены?
- Я открыла глаза, Сандор.
- Тогда ты совершаешь ошибку.
- Нет, не совершаю, - Санса шагнула в его сторону. – Теперь я все ясно вижу и знаю, чего хочу.
Сандор с трудом сглотнул:
- Ты не знаешь, чего хочешь. Ты и понятия не имеешь, о чем просишь.
- Я ведь не прошу навсегда, Сандор, - заявила она, и он не нашелся, что на это ответить, поэтому она продолжила. – Это потому что я слишком молода? Ты действительно не воспринимаешь меня как женщину?
- Я воспринимаю тебя, как женщину, - проскрежетал он. – Поверь мне. С недавних пор я вижу в тебе женщину.
Глаза Сансы расширились, когда она поняла, что он говорит правду, которая была написана у него на лице.
- Ты хочешь меня? – спросила она низким с хрипотцой голосом, в котором слышались надежда и желание.
Сандор сжал кулаки. Когда он ответил, его голос больше напоминал рычание.
- Да, пташка. Я хочу тебя.
Она смотрела на него с приоткрытым ртом, и еще на шаг приблизилась к нему. Санса протянула руку и погладила его по воротнику. Сандор накрыл ее руку своей, перехватывая ее пальцы, чтобы они не перебрались к нему на грудь.
- Не сражайся со мной, - прошептала она.
- Я должен.
- Почему? – задала она ему закономерный вопрос.
- Я не хочу попасть в список тех вещей, о которых ты будешь жалеть, - вырвалось у него.
Сандор не хотел стать для Сансы тем, о ком она будет думать с сожалением. Ему была ненавистна сама мысль о том, что когда-нибудь он останется для нее всего лишь воспоминанием, о котором она не сможет думать без горечи.
- Ты постоянно говоришь о том, что я буду жалеть, - она перевернула руку, чтобы их ладони соприкасались, и переплела свои пальцы с его. – Это уже звучит, как клише, но единственное что я точно знаю, так это то, что буду жалеть, если не попробую. Если ты оттолкнешь меня, то я никогда не узнаю, что значит быть с тобой…а я этого не хочу.
Он изучал их переплетенные пальцы, отмечая, какой маленькой и беленькой выглядит ее ладошка по сравнению с его рукой. Он знал, что проиграл сражение.
- Я слишком стар для тебя, - он прибегнул к последнему средству. – Я не подхожу тебе, Санса. Я не смогу предложить тебе будущее.
- Меня не волнует твой возраст, - отклонила она его первый аргумент. – И я уже тебе говорила. Я не прошу навсегда, Сандор. Я даже не прошу каких-то долгосрочных отношений. Я прошу тебя о сейчас… только сейчас… об этой ночи…
Он пропал. Его битва была окончена, и последняя мысль, которая промелькнула у него в голове перед тем, как он опустил голову и поцеловал ее, была надеждой на то, что ему не придется пожалеть о своем решении.
Он поцеловал ее. Сильно и страстно, как жаждал поцеловать уже только богам известно, сколько времени назад. Она была с привкусом соли и самой вкусной вещью на свете, которую он когда-либо пробовал. Санса упала в его объятия, толкнув Сандора к перилам, и он почувствовал, как деревяшки все сильнее впиваются в его поясницу, пока Санса продолжала прижиматься к нему все ближе и ближе. Губы Сансы были прохладными, а язык теплым и податливым, когда она ответила на его поцелуй. От контраста холода и тепла, мягкого и твердого, и окутавшего его аромата Сансы неожиданно пробил озноб.
Санса отступила назад и, обхватив его руками за шею, потянула голову вниз, чтобы их лбы оказались прижатыми друг к другу.
- Отвези меня домой, - прошептала она, и от ее теплого дыхания между ними появилось облачко пара. – Отвези меня домой, Сандор.
Его квартира была ближе, и такси довольно быстро преодолело расстояние. Он не мог вспомнить, как открывал дверь, но они как-то оказались внутри небольшой прихожей, обнимаясь и целуясь без остановки. Пошарив в темноте, она нашла молнию на его куртке, а он расстегнул пряжку на ремне, который удерживал ее пиджак. Под пиджаком у нее была надета блузка, и он прервал поцелуй, пока стягивал с нее кашемир через голову. Обувь была сброшена, и она приземлилась на ковровое покрытие с мягким стуком.
Когда он снова потянулся к ней, то почувствовал под руками ее обнаженную кожу, а в это время пальцы Сансы проворно расстегивали пуговицы на его рубашке, после чего, разведя ее в разные стороны, она заскользила ладошками по его груди. Застонав, он приподнял ее, вынуждая ее вцепиться ему в плечи и обвить ногами его бедра, и понес в свою спальню.
Он положил ее на простыни, и Санса стянула с себя брюки, пока он избавлялся от своих джинс. В лунном свете, пробивавшемся из-за занавесок на окнах, он смотрел на восхитительную юную женщину перед собой, чувствуя спазм в горле, когда до него дошло, что на его постели сидела Санса, одетая лишь в невесомое черное кружевное белье.
- Сандор? – позвала она, когда он, замерев, слишком долго не присоединялся к ней в кровати.
Это не может быть ошибкой, думал он. Санса была здесь, потому что этого хотела, и он будет полным дураком, если заставит ее ждать слишком долго. Одним быстрым движением он оказался в кровати и склонился над ней, заставляя ее поднять взгляд на него. Он коснулся ее лица, нежно скользнув подушечкой большого пальца по ее губам и щеке. Было слишком темно, чтобы он мог увидеть румянец на ее щеках, но почувствовал исходящий от них жар, прожигающий его кожу. Только сейчас, сказала она, этой ночью. Если все, что у них было, это сейчас, то он возьмет все, что она готова ему дать, и будет наслаждаться этим до потери пульса.
Он начал с того, что снял с нее кружевной бюстгальтер, который скрывал ее кремовое совершенство. Ее груди были полным и идеальной формы, а когда он добрался до этих холмиков, то почувствовал их плотность и бархатистую мягкость. Его ладони спустились еще ниже, отмечая, какой тонкой была ее талия и как затрепетал ее плоский животик, когда его пальцы проложили дорожку к ее плоти. Взгляд Сансы не отрывался от его глаз, и он чувствовал, как она вся дрожит.
Сандор уложил ее поудобнее, завороженный видом ее вьющихся волос, рассыпанных по подушке. Он лег на нее, упираясь на локти, чтобы удерживать себя на весу, а руки продолжали исследовать ее упругое тело. Когда, в конце концов, он добрался до ее кружевных трусиков, то остановился и взглянул на Сансу, взглядом спрашивая разрешения, чтобы двинуться дальше. Закусив губу, Санса кивнула, и Сандор пробрался пальцами под шелковую ткань. У нее перехватило дыхание, когда мужские пальцы коснулись ее женственности, и она отвернула лицо к подушке, почувствовав, как он проникает в нее пальцем.
- Смотри на меня, - прорычал он. – Я хочу видеть тебя.
Она подчинилась, и он наблюдал, как дрожат ее веки, пока он продолжал дразнить ее. Он осторожно разводил ее пальцами, легко поглаживая и нежно лаская. Не сводя взгляда с ее лица, он опустил голову и захватил губами в плен ее левый сосок. Санса громко ахнула, коротко взглянула на него заблестевшими глазами, прежде чем беспомощно прикрыть их от ощущения его языка, ласкающего ее чувствительную плоть. Он оказал точно такое же внимание и второй груди, и почувствовал, как пальцы Сансы судорожно впились в его плечи.
Его пальцы вовсю резвились внизу ее живота. Прислушиваясь к издаваемым ею стонам и вздохам, Сандор то ускорял, то замедлял, то усиливал давление пальцев на ее чувствительную жемчужину. Санса извивалась под ним, не в силах выдержать двойную атаку, а когда он убрал пальцы, они были покрыты влагой, являясь прекрасным доказательством ее возбуждения.
Одним резким движением он сорвал с нее трусики, и на лице лежащей Сансы неожиданно возникло смущенное выражение, когда она предстала перед ним в совершенно обнаженном виде. Она была великолепна. Она принадлежала ему, и вскоре Санса задохнулась от удивления, когда он медленно скользнул вниз, разводя движением плеч ее бедра. Она разгадала его намерение, и ее губы шевельнулись, произнося его имя, однако звук вышел искаженным, так как его рот без предупреждения опустился вниз. Его язык продолжил работу пальцев, пробуя ее на вкус и выискивая самые чувствительные места. Усилия Сандора были вознаграждены хриплыми стонами Сансы, еще сильнее распалявшими желание. Он взглядом прочертил линию от ее трепещущего живота к вздымающейся от порывистого дыхания груди, а затем остановился на ее лице, выражавшем удовольствие, которое он ей доставил.