е мириадами огней. Одни стояли, как застывшие сталактиты, изредка переливаясь сменой оконной мозаики. Другие сверкали от основания до вершины, то и дело озаряясь вспышками рекламы. А между всем этим световым буйством неслись вереницы пассажирских и грузовых аэромобилей, своими проблесковыми огнями довершавшие иллюзию... *** Пробуждение тут же окатило Варвару грустными воспоминаниями вчерашних событий. Она горько усмехнулась, глядя на выключенный в кои-то веки будильник, затем решительно выбросила из головы мрак прошедшего дня и привычным кувырком вылетела с кровати. Проскочив прозрачную перепонку душевой кабины и выкрутив регулятор гидромассажа на максимальное значение, девушка завопила во всё горло под тугими ледяными струями. Выдержать такое издевательство она смогла только полминуты. Проклиная всё на свете, дрожащими руками растёрлась до красноты, впрыгнула в обожаемый махровый халат и ринулась к кухонному узлу. Кибермозг густым баритоном пожурил девушку. После, с отлично сымитированным вздохом, наполнил чашку обжигающим кофе и грустно сообщил, что ответа на её письмо пока не последовало. Варя прикоснулась к панели линии доставки, и всего через пару секунд извлекла телепортированные свежесорванные мандарины. Повторила заказ. Затем плюхнулась в кресло и натянула обруч пси-интерфейса. Перед глазами тут же появился составленный вчера список действий по поиску нового места работы. Варя внимательно вчитывалась в строчки, кое-где вставляла замечания и уточнения, меняла пункты, сверяла актуальность данных... Внезапно непривычный резкий звук вытряхнул её из состояния сосредоточенности. В первый момент Варе подумалось, что сигналит что-то в квартире. Но индикатор состояния домашнего кибера по-прежнему переливался бледно-зелёным, а, значит, никаких аварийных предупреждений не поступало. Но тут мерзкая трель повторилась. И шла она явно через пси-интерфейс. Варя удивлённо бросила мысленный запрос: “Что это?” Ответ не заставил себя ждать. Перед глазами всплыло оповещение: “Получен голосовой вызов через систему электронной почты. Желаете ответить?” - Господи! Эта древность ещё функционирует, что ли? - и Варвара нажала “Ответ”. - Здравствуйте! - скрипучий старческий голос, в котором угадывались давно утраченные хрипы густого баритона был необычайно спокоен, - Я секретарь господина Штерна. Мне поручено организовать ваше интервью. - Что? - Варя не верила собственным ушам, - Интервью с Яковом Натановичем? Вы не шутите? - Я не шучу, госпожа Синицына. Яков Натанович персонально для вас решил сделать исключение. - Не знаю, как вас благодарить! - О, право, не стоит! Но Яков Натанович ограничен во времени, потому интервью должно состояться сегодня. - Конечно, конечно! - радостно запричитала Варя, - Вот маячок моего персонального портала. Буду весь день ждать вызова Якова Натановича. - Прошу прощения, но господин Штерн желает встретиться с вами в его апартаментах. Аэромобиль за вами я могу отправить немедленно. - Погодите, - попав в непривычную ситуацию, журналистка враз смешалась, - Он желает встретиться в реальности? За пределами пси-сети? - Именно так. Это непреложное условие. За вами отправлять аэромобиль? Варвара, как и многие её друзья и знакомые, практически не покидала границ хорошо защищённой от любых катаклизмов квартиры. И вот теперь ей нужно было выйти в такой непривычный и пугающий мир. Девушку вмиг пробрал озноб. Но тут же пришла мысль, что аэромобиль из гаража Штерна наверняка имеет неплохую защиту. Уж это мировой светило и миллиардер может себе позволить. - Я согласна. Отправляйте прямо сейчас. *** Яков Натанович Штерн был очень плох. Девушка с ужасом смотрела на лежащее в кровати тело и не могла отделаться от мысли, что это высохшее лицо и неестественно пепельно-серые руки не могут принадлежать живому человеку. Но учёный был жив. Морщинистые веки дрогнули, и из-под них на девушку глянули необычайно выразительные глаза. Перепуганная Варя чуть не подпрыгнула на месте, но быстро взяла себя в руки и вежливо поздоровалась: - Здравствуйте, Яков Натанович! Вы не представляете, как я рада, что вы согласились дать мне интервью. - Отлично представляю, - ответивший голос неожиданно оказался полным сил. Но куда больше Варю удивило, что старик говорил, не открывая рта, - Вы удивлены, что я говорю через пси-транслятор? - Да. - Простите, но моё время в этом мире на исходе. Сил нет даже на банальную болтовню. Потому, с вашего разрешения, я воспользуюсь транслятором? - Да, да, конечно! - Тогда начнём. Присаживайтесь, пожалуйста. Варя с комфортом уселась в пододвинутое кибером кресло и уже раскрыла рот для первого вопроса, когда из динамика донеслось: - Поскольку это моё первое и последнее интервью, то приношу свои извинения, за то, что отвечу только на два вопроса. - Э... хорошо, - озадаченно согласилась журналистка. - И вопросы я буду задавать себе сам. Понимаю, вы к такому не привыкли. Но что поделать? Девушка лишь молча кивнула. Старик прикрыл веки, и казалось уснул, но из динамика полился по прежнему бодрый и уверенный голос: - Итак, первый вопрос. А звучит он так: в чём причина моей гениальности? Чтобы ответить не него, надо начать с разоблачения лжи. А она состоит в том, что я родился вовсе не в 2021 году, как зафиксировано во всех банках данных. Я появился на свет намного раньше - в 1985 году. Да, юная леди, я сын прошлого века. Посмотрите на это фото. Наверняка оно вам знакомо. Перед Варей вспыхнул полуметровый голографический экран. С появившейся фотографии на журналистку смотрела семья академика: он сам в возрасте пяти лет, его отец и мать. - Да, это фото мне хорошо знакомо. Как и миллионам, тех кто интересуется историей науки. Оно помещено в вашей официальной биографии. - Прекрасно. Вы знаете, кто этот статный мужчина слева? - Конечно! Это ваш отец. - А вот это не совсем верно. Куда большей правдой было бы утверждать, что это я сам. - Что, простите? - Варя тут же с ужасом заподозрила, что старик уже впал в глубокий маразм. - Да, всё верно. Это я. И, пожалуйста, не думайте, что я подвинулся умом на старости лет. Минутку терпения! Я вам сейчас всё объясню. Старик приоткрыл глаза, посмотрел на озадаченную журналистку, улыбнулся одними уголками губ и неожиданно заявил: - Варя, а ведь я читал все ваши статьи. - Что? - девушка от удивления позабыла обо всём на свете. - Да. Это совершеннейшая правда. С самого первого репортажа я следил за вашими успехами. Вы необыкновенная девушка! И невероятно талантливый журналист. Когда вы встали на сторону восставших на руднике Фобоса, я не поверил своим ушам. Виданное ли дело, что такая пигалица может что-то сказать против могущественнейших корпораций, которым разумность восставших роботов как кость в горле. Но вы на это отважились! Жаль только, что за такую невероятную смелость получили лишь жалкую премию. - Но премия “Журналист года” очень и очень престижна! - Возможно. Но вы достойны большего. Это было одной из причин согласиться на ваше интервью. - Я вам очень благодарна. Но может вернёмся к вашей истории? - Конечно! Так вот, на этом фото, на месте того, кого все считают моим отцом, изображён я. А ребёнок - это тоже я. - Простите, но это невозможно, - пролепетала журналистка, - Это один из первых голографических снимков с возможностью тактильного ощущения изображения. Даже если бы вы не стали академиком и Нобелевским лауреатом, он всё равно бы не потерялся в истории. И подделать его невозможно! - Чертовски приятно, что вы так осведомлены! Действительно, подделать его крайне трудно. Но и то, что я сказал - правда. - Но... - Варя совсем запуталась, - Но как такое может быть? - А вот послушайте. Как я уже сказал, я родился в 1985 году. Учился хорошо, школу окончил с медалью, в вузе подавал большие надежды. Да... Но вот из аспирантуры мне пришлось уйти. Бедность, знаете ли. Я стал работать по специальности. Благо, что геологи тогда ещё были востребованы. Немало я пешком исходил, немало... Но это всё работа. Она меня влекла, но... Как-то не захватывала, что ли. А в любую свободную минуту я усердствовал над модными тогда практиками внетелесных путешествий. О! Сколько юных голов в то время ломало себе психику в попытках достижения изменённого состояния сознания. Травились химией, отупляли голову медитациями, ещё чёрт знает что делали. Слава богу, что появилась пси-сеть, где можно реализовывать свои фантазии на уровне ощущений, не уступающим действительности. Но это теперь. А тогда о таком и мечтать не могли. И вот я, как и прочие увлечённые иными вселенными, тратил всё свободное время на попытки нащупать выход из темницы своего тела. И знаете, у меня получилось! Это было настолько фантастично и настолько реально, что после первого удачного опыта, я пару недель не мог прийти в себя. Вы, люди выращенные на сверхвозможностях пси-сети, даже представить себе не можете, каково человеку, всю жизнь передвигавшемуся на своих двоих вдруг ощутить себя летящим безо всяких приспособлений. Летящим как птица! А при простейшем движении мысли переместиться на другую планету и даже увидеть нашу галактику со стороны... Это сейчас дети, вырастают в виртуальности. Для них пси-сеть давно стала не второй, а первой реальностью. И зачастую единственной. Для них полёт на драконе куда реальнее, чем живая собака во дворе. У нас было всё наоборот. Да... Старик на некоторое время умолк, а Варя сидела, затаив дыхание и не смея тревож