Отца, конечно, не позвал на свою свадьбу. Да он и забыл бы всё равно. Зато толпа друзей и коллег собралась. Выкуп, стихи, частушки, деньги подружкам и родственницам. Вхожу в комнату и вижу её. Не знаю, как она смогла стать еще прекрасней. Платье, макияж, прическа, фата. Светится изнутри. Застыл, смотрю на неё, а она на меня, слезу вытирает под глазом. Даже в ЗАГСе глаз оторвать не мог. Голос срывался, чуть не плакал, когда стояли лицом к лицу у алтаря, руки дрожали, когда кольцо надевал и роспись ставил, ноги дрожали, когда кружил её в первом танце. Букет кинули девчонкам, а вот подвязку забыли. Приехали в нашу новую квартиру. Пока старый ремонт был, но НАША. Помог ей снять платье, обнаружили подвязку. По традиции зубами снял, сидя перед ней на коленях. Ей щекотно, смеется, лицо мое руками обхватив. Схватил за бедра, толкнул назад на кровать, трусики стянул, оставив в белых чулках и туфлях, первую брачную ночь мы провели не пересчитывая деньги, а так, как положено.
-жена. – тихо шепчу ей, глядя на тонкую золотую полоску на её пальчике.
-муж. – шепчет в ответ, радостно хихикая.
К этим словам ещё привыкнуть надо. Иногда кажется, что это сон. Не бывает с такими кретинами (как я) такого счастья (как она). Мне двадцать исполнилось в январе, ей девятнадцать в октябре стукнет. Да, люди не понимают ранние браки, но я знаю, что всё правильно. Обязан вцепиться в неё и не отпускать, чтобы не успела задуматься и убежать.
По-тихому ремонт начали. Ну как начали? Она решала, выбирала, а я делал. Никогда не ругалась, если что-то откладывал, искренне радовалась каждой сотворенной мной мелочи. Теперь не раздражала её учеба, ведь она занималась при мне, под моим зорким взглядом. Купил машину, да и права тоже купил. Отвозил и забирал с университета, следил, чтобы никто за ней не увивался. Даже если чумазый и ноги с руками трясутся после работы, всё равно ехал к ней. К середине второго курса заметил, что худеть начала. Совсем помешалась на образовании. Стал сам осваивать готовку, насильно кушать сажал, иначе забудет. Получала даже по попе несколько раз за отказы. Складывал обеды на учебу.
-ты в курсе, что это я должна о тебе заботиться и кормить? – спрашивает, устало прижимаясь ко мне в кровати ночью.
-ты у нас мозг, а я - руки. Учись, не думай об этом, не переломлюсь. – целую в макушку, не приставая, знаю, у неё был трудный день.
-и за что мне такой муж достался? – сонно бормочет.
-за все грехи. – обнимаю второй рукой, сам погружаясь в сон.
18.
Утром просыпаюсь тяжело. Глаза отекшие, в голове стучит, еще и шумно так. Поднимаю голову и вижу Софью в спортивном костюме, достающую что-то из духовки. Пахнет восхитительно, но мне так хреново, что о еде думать тошно.
-привет. – сонно здороваюсь, севшим голосом и потираю глаза, раздраженные утренним светом.
-доброе утро. Выспался? – как ни в чем не бывало щебечет девушка.
-наверное. – сажусь на диване, легкое головокружение, но состояние удовлетворительное. – ты давно встала? – потираю колючие щеки, пытаясь заставить себя подняться.
-часа три назад, уже двенадцать. – отвечает моя гостья.
-вот это я дал храпу. – смотрю, как она ставит на стол блюдо с красивой, как с картинки, шарлоткой. – пойду умоюсь.
-давай-давай, выглядишь отвратительно. – язвит в ответ, когда прохожу мимо.
-понял, заслужил. – киваю, решив не нарываться на ссору.
Долго принимаю контрастный душ, переодеваюсь в комнате, заставляю себя сделать зарядку, отжиматься, разогнать кровь. Становится намного легче. Возвращаюсь на кухню, где на столе уже стоит кофе и красивый кусочек пирога на тарелочке. Всегда бы так с похмелья.
-садись, поешь. – приглашает девушка, уже кушая свой кусок.
-спасибо. – присаживаюсь и принимаюсь за еду, приятно удивившись. – ого! – изо рта чуть не вылетает кусок. – очень вкусно, Соф! – довольно улыбается, смакуя очередной кусочек. Быстро доедаю, запивая горячим кофе. – спасибо!
-еще будешь? – именно этого вопроса я и ждал.