-я ненадолго, хотел поговорить. – начинаю, выкручивая печку для неё.
-Саш, у меня рак. – перебивает, доставая из-за пазухи какие-то бумажки, сует мне в руки.
В этот момент рухнуло всё. Целую неделю я пропадал, пока она узнавала, что умирает, переживала эту новость одна. Это расплата за то, что я совершил? Месть небес за мою неблагодарность и предательство? Ору, пинаю машину. Она плачет.
Нет, одну я её не оставлю.
-пойдем домой. – щелкаю сигнализацию, подхватываю свою девочку на руки и несу домой.
Я трус, я ничего ей так и не сказал, а она и не спрашивала. Наверное, не хотела знать или настолько доверяла, что не могла предположить такого. Я терпел всё, молчал, поддерживал, помогал, всегда был с ней, бросал все дела и мчался по первому зову, заваливал подарками. Но ничего не помогло.
Ничего.
34.
Софья.
Я слышала, как он звал меня. Видела его, бегущего за мной, когда открывала дверь в машину. И видела фигуру, в бессилии провожающую взглядом автомобиль. Еле сдерживая вой и всхлипы, вытирала глаза и нос, трясущимися руками. Облизываю губы, глотая солёные ручьи, тихо постанывая, в попытках не закатиться плачем.
-Маш, привет. – Сглатываю комок, стараясь говорить нормально.
-Привет, Соф! – Отвечает девушка.
-Слушай…я могу приехать к тебе?... Пожалуйста, это очень срочно. – Это правда срочно и мне совсем некуда идти.
-Конечно, Андрей опять в командировке, так что залетай. Всё нормально? – Чувствуется напряжение в её голосе.
-Нет…всё совсем не нормально. Скоро буду. – Бросаю трубку и вижу входящий от Саши, сразу же сбрасываю.
Его номер отправила в чёрный список, капая слезами на экран мобильного.
Когда соседки рассказали мне о Ксюше, я стояла с ноутбуком под мышкой, совершенно не ожидая того, что услышу. Придя домой, долго плакала. Из-за всего сразу. Из-за того, как это было несправедливо, из-за того, как долго они оба страдали, из-за того, как ему было больно. И ещё из-за того, что это значило для меня. Она не предала его, не бросила, он не может разлюбить её.
К дому четы Вербицких приехали через бесконечные двадцать минут. Расплатилась с водителем и вошла в не запертые ворота. Маша стояла на крыльце, кутаясь с норковую шубу и курила, зябко перешагивая ногами.
-Ну, чего это мы такие грустные? – Берет в руки моё заплаканное лицо, и порывисто обнимает. – Кто тебя обидел, птичка?
Даю волю чувствам и громко всхлипываю на плече девушки.
-Оо, ясно. Пойдем скорее, у меня есть пара бутылочек игристого антидепрессанта. – Заводит меня в дом, помогает снять шубу, указывает, где ванна.
Умываюсь, безжалостно уничтожая макияж, который тщательно наносила всего час назад. Лицо чистое, но красное и опухшее. Вытираюсь полотенцем и выхожу, слыша хлопок от пробки шампанского.
-Идем сюда! – Зовет нежный голосок Маши.
Мы знакомы всего пару месяцев. Меня наняли дизайнером в их новый дом, но мы сразу же спелись. Почти одного возраста, обе блондинки со страстью посекретничать. Муж у неё невероятно строгий и требовательный. Со мной она могла дурачиться, говорить глупости, кушать вредную еду, курить и не бояться, что я расскажу кому-то, а потом это дойдёт до ушей её достопочтенного супруга.
Неуверенно замираю на пороге огромной кухни, пока Маша разливает шампанское. Очень не хочется плакать, но слезы продолжают срываться с ресниц. Мари смотрит на меня, поджав губы. Плечи девушки опускаются, оставляет бутылку на столешнице и идет ко мне, с громким выдохом заключив в объятья.
-Поплачь, звёздочка, поплачь. – Поглаживает меня по лопаткам.
От того, что кто-то меня жалеет снова перехожу в фазу активного плача, в этот раз громко, на разрыв. Я не знаю, куда деться от этой боли, как вырвать из себя. Хочется сдирать кожу ногтями, забраться под ребра и выдернуть все иголки, пронзающие тело.
-За что, Маш, за что? – Завываю, сотрясаясь всем телом.
Она не отвечает, только сильней обнимает. Кажется, даже сама плачет.
Когда основная волна проходит, обнаруживаю себя уже только нервно дергающей плечами. Каждый вдох получается рваным, судорожным, но я дышу.
-Пойдем выпьем успокоительного и поговорим, наконец. – Шепчет Маша. Киваю, и мы расцепляем объятья.
Мне не хочется смотреть ей в глаза. Представляю, насколько жалкий и уродливый у меня сейчас вид. Опускаю лицо, наскоро вытирая.
-Держи. – Вижу нежно-розовое полотенце, которое подруга вкладывает мне в руки.