По мне снова пробежала искра — точно так же, как много лет назад. Нет, это не было игрой воображения — наша химия и правда была взрывоопасной.
Его глаза потемнели, когда он отстранился, задержавшись на моих губах, прежде чем взять меня за руку. Я даже не помнила, как мы дошли до стола, где нас ждал брачный документ.
Сквозь гул в ушах я услышала чьи-то поздравления, которые стали ещё громче, когда увидела уверенную подпись Нокса в строке для росписи.
— Ты подпишешь «Дэниелс», если берёшь его фамилию, или «Андерс», если оставляешь свою, — тихо сказала Мидж, когда Нокс отвернулся поговорить с Эллиот.
Харпер Дэниелс. Сколько раз я писала это имя в школьных тетрадях? Коряво выводила на страницах, которые потом рвала или прятала под матрасом? Подписывать себя его фамилией когда-то было мечтой, идеальным финалом той сказки, в которую я верила.
Но всё это — ложь.
Красивая, благородная ложь.
Он женился на мне только из-за собственного кодекса чести, и я не могла взять его фамилию. Это было бы словно украсть у него часть себя.
Я подписалась как Андерс, и Мидж кивнула, забрав лицензию на регистрацию. Тринадцатое апреля официально стало днём моей свадьбы.
Ричард постановил, что мальчики останутся в нашем доме. В нашем доме. Эллиот заверила, что бумаги о размещении принесут завтра, а пока мы могли вернуться к своей жизни.
К своей жизни.
Будто ничего особенного и не произошло. Будто мы просто зашли выпить кофе и обсудить «Бронкос».
Нокс сжал мою ладонь и повёл меня к большим дверям. — Готова к этому, жена?
— Жена. — Я почти застыла на месте, чуть не устроив мультяшную неуклюжую сцену.
— Да, жена, — повторил он, кивнув, и его челюсть снова напряглась.
— Нам действительно нужно поговорить о том, что только что произошло, — сказала я, сжимая рукав его рубашки так сильно, что наверняка оставила складки.
Он кивнул, его мышцы напряглись под моей рукой. — Да, я думал, мы сможем разобраться с этим дома. Если только ты не хочешь присесть на минутку? — Он показал на скамейки в задней части зала суда.
— Нет, домой — это хорошо. Дом — это идеально. — Потому что там не было посторонних глаз, и он только что назвал свой дом домом, где я жила с ним. Ну, вроде как.
— Хорошо, тогда пошли отсюда. — Он придержал для меня дверь, и мы вышли в переполненный, шумный коридор. Половина Легаси была здесь.
— О боже!
— Да вы издеваетесь!
— Дайте посмотреть кольцо!
Они всё ещё здесь. Они все были здесь.
Эмерсон крепко обняла меня. — Вы оставляете мальчиков себе?
— Да!
— И вы помолвлены! — взвизгнула Эйвери, хватая меня за руку.
— Вы, блять, что? — рявкнул знакомый голос, и я отпустила девчонок, чтобы встретиться с острыми голубыми глазами того же оттенка, что и у меня, уставившимися на меня в шоке.
— Райкер! — Облегчение обрушилось на меня, как товарный поезд, и я прыгнула к нему, обняв крепко. — Я не знала, что ты здесь! Когда ты вернулся?
Он прижал меня к себе на секунду, затем поставил обратно на ноги, держа за плечи. — Около десяти минут назад, и когда я въехал в город, мне сказали, что нужно срочно ехать в суд, потому что моя сестра помолвлена с моим лучшим другом. — Его взгляд стал ледяным, когда он посмотрел поверх моей головы, опуская руки с моих плеч.
— Не совсем, — сказала я, отходя в сторону так, чтобы встать перед Ноксом. Райкер взбесится.
— О, слава Богу. — Райкер облегчённо выдохнул, его плечи ослабли.
Нокс поднял меня за талию и отодвинул в сторону, а затем встал лицом к Райкеру. — Я женат на ней.
И тут же Нокс получил кулаком в лицо.
Глава девятая
Нокс
Я провёл языком по рассечённой нижней губе и содрал алюминиевую обёртку с бутылки шампанского. Это было единственное, что я смог найти в Legacy Liquor дороже десяти долларов. Если бы я знал, куда заведёт этот день, я бы заказал что-то получше, чтобы отметить.
Не то чтобы мы были по-настоящему… по-настоящему женаты. Всё это было ради вида, но если бы мы были, то Харпер заслуживала гораздо большего, чем наскоро склепанная церемония с её бывшим в роли свидетеля. Она даже не смогла надеть свадебное платье.
Ещё один способ, каким я всё испортил, когда дело касалось её.
Чёрт возьми, Харпер Андерс… Дэниелс, была моей женой. У меня была жена. Жена, которая была Харпер. Женат. Юридически связаны друг с другом. Жена. Харпер.
Может, если я повторю это на разных языках несколько раз, всё станет реальным, даже если это не так. Чёртов дурдом.
Послышались шаги Харпер по лестнице, и я открыл шкаф, разыскивая бокалы для вина.
— Как всё прошло? — спросил я, разглядывая верхние полки.
— Они спят. Лиам, кажется, даже рад, что они остаются, так что это прогресс, верно? Гораздо легче, чем звонить маме.
Вина тяжёлым грузом осела в желудке. Этот фарс в суде явно был не тем, что представляла себе миссис Андерс для своей единственной дочери, и уж точно не меня она видела в роли мужа Харпер. Но, по крайней мере, теперь она знала правду. Значит, девять человек в курсе.
Твою мать, десять — с Райкером.
— Я рад, что Лиам чувствует облегчение. Он же вчера был в ярости. — Нам придётся вернуть его доверие, но как вообще заслужить доверие у пятилетнего ребёнка, если я сам себе не доверяю? Я тут просто импровизирую.
— Он испугался, и, в его защиту, миссис Пендридж действительно почти уронила Джейми.
— Я тогда едва не сорвался, — признался я, ставя два бокала на столешницу. — А как прошёл разговор с твоей мамой?
Она вспыхнула. — Она… ну… в шоке, но странным образом рада за нас. Мне всё равно ужасно неловко, что я ей солгала. Я сказала ей самое главное, что мы сделали это ради мальчиков, но она всё равно думает… — Щёки Харпер залились ещё более ярким румянцем.
— Что мы вместе? — тихо спросил я. Видимо, она так и не узнала правду, значит, снова девять.
Она кивнула. — Ненавижу врать ей, — призналась она. — Скажу правду, как только мальчишки немного освоятся, но мы оба знаем, что мама растрезвонит на весь округ, что мы надурили Ричарда, если узнает правду. Это просто ужасно. А это что? — она слегка наклонилась, опершись бедром о столешницу, и её губы изогнулись в лёгкой усмешке.
— Что?
Она пожала плечами. — У Нокса Дэниелса есть винные бокалы. Думала, ты до сих пор тот парень со стаканами Solo.
Я схватился за грудь. — Ранишь меня. Я повзрослел.
Она упёрлась ладонями в столешницу и легко подтянулась, усаживаясь на неё так, что ноги болтались над гранитом. Её юбка скользнула по коленям, и это сочетание лёгкой игривости, элегантности и чертовски горячего вида свело меня с ума.