Лиам взял меня за руку, и это сдержало моё мгновенное желание размазать Култера по полу. Пару лет назад я бы и сделал это, наплевав на последствия.
— Как там Ким? — спросил я нарочито спокойно. Култер женился на нашей королеве выпускного, весь город гудел, но я знал, что по ночам он чаще всего зависает в «Wicked» — и не один.
— Отлично, спасибо, — его глаза сузились. — Хорошего дня. — Он кивнул и удалился.
Ещё одна часть Легаси, которую я был рад оставить в прошлом.
— Это папа Блейка, — сказал Лиам, аккуратно вешая куртку. Вот что значит ребёнок, у которого раньше почти ничего не было: к тому, что имел, он относился с особой заботой.
— Да? Мы с ним вместе учились. А Блейк добрый мальчик? — Имя прямо созданное для того, чтобы его напечатали на письме о зачислении в Гарвард.
— Нет. Он избалованный и злой, — пожал плечами Лиам.
Ну, неудивительно.
— Лиам, дорогой, пошли, ты опоздаешь! — сказала Харпер, когда мы вошли в класс. Она провела рукой по его волосам, и он чуть подался к ней. Может, он и не хотел зависеть ни от кого, но к Харпер у него была слабость.
Мы с ним в этом были похожи.
— Пока, Нокс! — крикнул Лиам и поспешил к своему столу.
— Как прошло утро? — спросила Харпер, выходя со мной в коридор. Не знаю, как воспитательница детсада могла выглядеть такой привлекательной в строгой одежде, но у неё получалось. Впрочем, я, наверное, нашёл бы Харпер красивой и в мешке из-под картошки, а уж в чёрных брюках, обтягивающих её формы, и розовом трикотажном топе, будто сшитом специально для неё… Она взяла Джеймса и поцеловала его в лоб. — Ммм, как вкусно пахнет.
— Я немного одеколона на него брызнул, — пошутил я. — Совсем чуть-чуть Axe. До Old Spice он ещё не дорос.
— Ха-ха, очень смешно. Он всегда хорошо пахнет, — она снова вдохнула запах волос малыша, прикрыв глаза в удовольствии. Какой бы я ни представлял себе жизнь с детьми, Харпер была в своей стихии, и это ей очень шло.
— Утро было отличным, особенно после того, как я нашёл свой любимый кофе, — сказал я тише.
Её улыбка стала чуть застенчивой. — Я так рада, что он тебе понравился. Подумала, тебе может понадобиться небольшая поддержка.
— Это был отличный сюрприз. Идеальный. — Как и она сама. Её волосы ниспадали свободно, и сейчас они оказались в руках Джеймса. — Спасибо.
Её щёки вспыхнули, и она откашлялась. — Ну так что, ты сцепился с Итаном? Я видела, что вы говорили.
— Этот парень ненавидит меня. Всегда ненавидел, — я сунул руки в карманы.
— Ты переспал с его девушкой перед матчем, — она изогнула бровь.
— Эй, у них был перерыв в отношениях, и она была более чем согласна. Уж поверь. — Я пожал плечами. Не моя вина, что Култер не мог удержать свою женщину.
Она фыркнула. — В этом я не сомневаюсь. Но, пожалуйста, веди себя спокойно. Это уже не твоя песочница, это песочница Лиама, и ему и так нелегко вливаться.
Во мне всё сжалось.
— Что ты имеешь в виду? — Я посмотрел ей за плечо и увидел, как Лиам сидит в одиночестве за своим столом, раскладывая карандаши, пока его одноклассники столпились вокруг Блейка.
— Ну, дети есть дети. У Лиама не всегда были новые рюкзаки, новые кроссовки или какие-то вещи, которые так ценят другие. И его не всегда принимают, — она проследила за моим взглядом и тяжело вздохнула. — Дети бывают настоящими засранцами.
— Да плевать, мой пацан всё равно круче, чем та недо-модель из Gap, который сейчас лижет маркерную доску, — я кивнул в сторону Блейка.
Её глаза округлились, а потом она сдержала смех и снова поцеловала Джеймса.
— Ладно, иди уже. — Она передала Джеймса обратно. — Спасибо, что справился утром, чтобы я могла уйти пораньше на собрание.
— Спасибо, что вышла за меня замуж, — сказал я с наглой ухмылкой.
Чёрт. Я флиртовал.
Она моргнула.
— Пока, Нокс. Увидимся дома. — Развернулась к своему классу, а я быстро вытащил из кармана куртки коробочку и вложил в её ладонь.
— Bottleсaps! — её улыбка озарила, кажется, весь мир.
— Увидимся дома, миссис Дэниелс, — крикнул я через плечо. Это официально стало моим любимым прозвищем для неё. Навсегда. — Ну что, малой, погнали к Черри.
Джеймс радостно взвизгнул, когда я пощекотал губами его шею, а затем мы вышли из детского сада.
Неплохое начало дня.
Понедельник оказался полным дерьмом.
— Что значит, он ещё не здесь? — хорошо, что офис Баша был звукоизолированным, потому что остальным членам команды это слушать было ни к чему.
Баш завязывал шнурки на кроссовках.
— Значит, что он сказал, что должен своему старому экипажу ещё один день, и он его отдаёт. Но он придёт.
— Уже второе мая. Лучше бы он объявился, потому что согласился быть нашим супервайзером, а если не придёт, наш контракт с городом накроется. Вся работа, деньги, унижение перед городским советом — всё коту под хвост, если Спенсер Коэн не явится.
Он был единственным выжившим из оригинального состава Legacy Hotshot.
— Придёт, — уверенно сказал Баш. — Он даже дом купил. Он придёт.
Я провёл ладонями по голове и сцепил пальцы на макушке.
— Вряд ли я могу его винить. Я знаю, как ему адски тяжело вернуться сюда и снова надеть этот шеврон.
— Да, но без него мы не справимся, и он это понимает. Никто из нас не имеет его опыта. Он придёт.
— Из-за шеврона?
— Нет. Потому что последнее, что он сказал моему отцу, — это обещание вытащить меня с горы. Сохранить мне жизнь. Нет ни единого шанса, что он не появится, раз мы снова туда поднимаемся.
Вот уж давка на совесть. Тогда Спенсер увёл машину вниз, пока Баш рвался и кричал, что не хочет бросать отца, — и они выжили.
А остальных нашли в их укрытиях, выстроившихся на площадке точно так, как они репетировали сотни раз.
— Ну что ж, нам лучше выдвигаться, — сказал я.
Через несколько минут мы уже стояли во главе большого зала, где ждали почти все новички из новой команды Legacy.
Большинство были опытными пожарными-десантниками. Остальных… предстояло натренировать и подготовить к аттестации.
— Рад, что все сегодня добрались, — сказал Баш, застёгивая флиску. — Большинство из вас меня знают. Для тех, кто не в курсе: я Себастьян Варгас, а это Нокс Дэниелс. Спенсер Коэн будет нашим супервайзером, но Нокс займётся вашей физподготовкой.
Чёрта с два.
По выражению моего лица это, похоже, было ясно, но Баш хлопнул меня по спине.
— Ты хочешь сказать, что не самый подкачанный засранец в этой комнате? — в его голосе прозвучал вызов.