Теперь уже я уставился на него. — Какого чёрта тебе понадобилась машинка Лиама? Это последняя его вещь, что у меня осталась… ну, ещё велосипед в гараже, но его я тебе точно не отдам.
— Она нужна мне, чтобы закончить коллекцию машинок, — закатил глаза Райкер. — Как ты думаешь? Лиам её хочет. — Он поморщился. — Похоже, пацанам тяжело даётся адаптация.
— И откуда ты это знаешь?
— Потому что Нолан рассказал Харпер сегодня утром. — Он склонил голову набок. — Ты ведь помнишь Харпер, да? Твою жену? Ту самую, которую ты отпустил?
— Ты имеешь в виду ту, что держала свою квартиру всё это время как запасной вариант, потому что не верила, что я смогу нас вытянуть? — Одно это признание жгло меня изнутри.
Его брови взлетели вверх. — Ты думаешь, она сохранила квартиру как план Б?
Я сжал зубы и медленно досчитал до пяти. — Ты реально хочешь обсудить это сейчас?
— Нет, боюсь, что если начну, то не смогу остановиться, а сестра просила держать руки при себе. Так что вот мы и здесь. — У него на скуле дёрнулся мускул. — Я пришёл только за машинкой.
Райкер знал о том, что происходит с мальчишками, больше, чем я, и на миг во мне взметнулась злобная зелёная зависть, прежде чем здравый смысл её придавил. Райкер в курсе.
— Расскажи, что случилось.
Через семь часов я постучал в дверь квартиры сто двенадцать и задержал дыхание. Это была такая плохая идея. Не было никакой гарантии, что я смогу сдержать свой темперамент или смягчить слова, и полная вероятность того, что сейчас я всё только ухудшу.
Дверь открылась, и глаза Нолана Кларка расширились, когда он увидел меня.
— Ты знаешь, кто я. — Это было утверждение, не вопрос.
Он кивнул. Парень был на несколько дюймов ниже меня, с более худощавым телосложением и настороженными глазами. Глазами, слишком похожими на глаза Лиама и Джейми, чтобы я смог возненавидеть его с первого взгляда.
— Пройдёмся к моей машине. — Это не было предложением. — Займёт всего пару минут.
— Дай мне секунду, я только посажу Джейми в манеж.
— Конечно. — Я уважал это.
Он закрыл дверь, а я откинулся на противоположную стену узкого коридора. В квартире всё было в порядке — всё новое, как и большинство домов в Легаси. Не старьё и не убогость.
Просто было тяжело осознавать, что Джеймс и Лиам находились прямо за этой дверью, а у меня не было ни единого права даже поздороваться с ними. Было больно из важной части их мира превратиться в человека, которому даже наблюдать нельзя.
Нолан вышел и быстро захлопнул за собой дверь, не дав мне и взглянуть на мальчишек.
Я пошёл к машине, и он последовал за мной. Свежий вечерний воздух не снимал напряжения между нами.
— Слушай, если ты пришёл, чтобы накричать на меня или пригрозить, давай покончим с этим сразу, — сказал он, когда мы подошли к машине, и в его голосе звучала изрядная доля опаски.
Я фыркнул, едва не рассмеявшись.
Он уставился на меня, будто я сошёл с ума.
— Извини. Просто это очень похоже на то, что я сказал своему лучшему другу сегодня утром. — Я заглянул за борт кузова, рука зависла над защёлкой. Я действительно собирался это сделать?
Безусловно, потому что именно так поступила бы Харпер. Когда Райкер рассказал мне, зачем Нолану понадобилась пожарная машинка, я понял, что это не единственное, что ему нужно.
— Я и так догадываюсь, чем тебя разозлил. А что ты сделал своему лучшему другу? — спросил он, скрестив руки на груди, поверх логотипа «Coulter Construction» на своей футболке.
— Разбил сердце его младшей сестре. — Правда этих слов резанула меня тысячу раз.
— Ауч, — поморщился Нолан.
— Ага. Но я здесь не для того, чтобы мы сблизились на почве взаимных ошибок.
— Тогда зачем?
Потому что я пытаюсь быть человеком, который заслуживает Харпер.
— Потому что так правильно, — я опустил задний борт, показывая разобранные части кроватки Джейми и велосипед Лиама. — Потому что ненависть к тебе не поможет Лиаму и Джейми. А я люблю их больше, чем злюсь на тебя.
— Не понимаю, — Нолан сглотнул, переводя взгляд с кроватки на меня и обратно.
— Ты не можешь позволить себе кроватку. Теперь у тебя она есть. Всё постельное бельё в кабине, — я кивнул на машину.
— Но ты же ненавидишь меня, — медленно произнёс он.
— Я ненавижу то, что ты сделал, — поправил я.
Он отвёл взгляд, но, к его чести, снова посмотрел прямо в глаза.
— Потому что я не вернулся сразу.
— Потому что ты ушёл. Они этого не заслужили.
— Нет, — тихо признал он. — Не заслужили. Я достаточно мужчина, чтобы признать, что облажался.
— А ты достаточно мужчина, чтобы в этот раз остаться? — резко бросил я. — Без дерьма. Без адвокатов. Без работников опеки. Без судей. Просто ты и я, прямо здесь, на тротуаре. Скажи честно. Ты опять сбежишь?
— Никогда. — Его подбородок поднялся.
Я долго и пристально смотрел на него, пытаясь понять, что за человек передо мной. Обычно я неплохо разбирался в людях, а сейчас очень хотел не ошибиться — ради мальчишек. Он не дрогнул. Не покраснел. Не отвёл взгляда. Через несколько напряжённых мгновений я кивнул.
— Ладно тогда.
Он заметно расслабился.
— Все винты и болты там, так что собрать будет несложно. У тебя есть инструменты? — я вытащил самые большие детали из кузова.
Он покачал головой. — Все мои инструменты на стройке.
— У любого отца дома должен быть набор инструментов, — я покачал головой и передал ему первые части. — Набор инструментов и хренова куча батареек АА. Их игрушки жрут их как конфеты. У меня в кабине есть пакет. Можешь занять мой.
— Правда? — он взял две длинные боковые части кроватки и положил их на траву возле тротуара.
— Правда, — я передал ему короткие стороны, затем матрас. — Джеймс заслуживает спать этой ночью. И ты тоже. — Кроме того, это всё, что я мог им дать.
Я выгрузил велосипед, шлем Лиама и комплект постельного белья, а потом заглянул в переднее сиденье. Моя рука сомкнулась на крошечной пожарной машинке, и я захлопнул дверь.
— А это для Лиама, — я протянул её Нолану.
Его лоб сморщился, и он посмотрел на мою кепку.
— У Лиама такая же.
Я кивнул.
— Не снимает её, даже когда ложится спать.
— Это наш отряд хотшотов, — выдохнул я сквозь боль, которая, казалось, поселилась в груди насовсем. — Ну, не совсем. Мы как раз заканчиваем сертификацию, но уже на следующей неделе снова должны стать хотшотами.
— Да, я знаю. Он говорит о тебе постоянно. — В уголке его губ мелькнула грустная полуулыбка. — Сложно конкурировать с одним из легасийских хотшотов. Это всегда было моей проблемой с их матерью. Я никогда не дотягивал до её первого мужа.