— Так дотянись сейчас. — Я протянул пожарную машинку чуть ближе.
Он уже было потянулся, но остановил руку.
— Почему бы тебе самому не зайти и не отдать её ему?
Моя челюсть отвисла, а сердце сбилось с ритма. — Ты серьёзно?
Он кивнул медленно, потом быстрее, с улыбкой. — Да. Они будут рады тебя увидеть. — Он глянул на кроватку. — И честно, мне бы пригодилась помощь, чтобы её собрать.
Мой ответ был мгновенным.
— Без проблем.
Час. Всего час мне дали с Лиамом и Джейми, прежде чем поступил вызов. Пожар в трёх часах к северу от Легаси, и нас вызвали, причём уже не как команду второго типа.
Настал момент.
Никаких тренировочных симуляций. Экипаж по сертификации ехал в машине прямо перед нами, пока мы направлялись в крошечный городок, слишком уж похожий на Легаси. Небо было чёрным, за исключением зловещего оранжевого свечения вдоль западного хребта. Этот пожар станет для нас либо прорывом, либо крахом.
В нашем микроавтобусе стояла ощутимая смесь тревоги и возбуждения. Команда разделилась на две части: половина в нашем автобусе, половина в другом, а Бишоп и Спенсер вели колонну на пикапе. К счастью, сертификационный экипаж ехал в отдельной машине, так что нашу нервозность нельзя было обратить против нас.
Место рядом со мной пустовало, а Райкер сидел через проход, с ленью сверля меня взглядом. Он выглядел спокойным и собранным, но то, как он жевал жвачку, выдавало его собственные нервы.
Я вертел на пальце платиновое кольцо и снова боролся с соблазном написать Харпер. Я отгонял это желание каждые тридцать секунд в пути. Она уже знала о пожаре от Райкера. Она уже волновалась.
Но то, что нам нужно было обсудить, не передашь в сообщении. Слишком много двусмысленностей, слишком легко быть неправильно понятым. А звонок от кейтеринга сегодня днём, что Харпер отменяет нашу октябрьскую свадьбу? Это говорило само за себя.
Мы припарковались у здания общинного центра, временного командного пункта, и выбрались из автобуса, разминая затёкшие мышцы. На каждой из наших новых машин красовался логотип Легаси, но команда сертификации прилепила под ним магнит с надписью «стажёры», напоминая, что на кону.
— Стажёры, — пробормотал Бишоп, выбираясь из грузовика.
Похоже, не только меня задело это напоминание.
— В круг! — скомандовал Спенсер, и мы собрались, поставив своего начальника в центр.
Я знал, что комиссия стоит в нескольких шагах, но ощущение было такое, будто они буквально дышат нам в затылок.
— Я иду внутрь с Бишопом, чтобы получить свежую сводку, — сказал Спенсер. — Известно, что сюда движутся ещё две команды первого типа и несколько второго. Час назад я слышал именно это. На облёте в 8 вечера засняли, что с момента возгорания сегодня днём сгорело уже тысяча двести акров.
Ветер хлестал по парковке, и мы все прижали руками свои кепки.
— И вот с чем мы имеем дело. Прогноз на завтра не в нашу пользу. Командиры отделений, накормите людей и устройтесь в спортзале, — он указал через дорогу. — Я найду вас, как только у нас будет план на утро.
Я заметил свою пятёрку и жестом подозвал за собой, пока Баш и Райкер делали то же самое.
— Нервничаешь? — спросил Камерон Патель, ухмыльнувшись краешком губ.
— Разве тебе не с Коэном быть? — бросил я, когда мы шли к спортзалу.
— Нет. С ним уже есть люди. Я попросил честь остаться с твоим отделением ради оценки, — прозвучало у него почти восторженно.
Я выругался сквозь зубы.
— Карма возвращается, и я с удовольствием посмотрю.
— Кто вообще так говорит? — вмешался Райкер, подойдя слева и втиснувшись между нами. — Тебе что, восемьдесят?
— Я тот, кто тебя оценивает, — рявкнул Камерон. — Точнее, оценивает Дэниелса.
— Отлично, — сказал Райкер, пока Баш открывал двери спортзала перед нами. — Тогда, если ты не оцениваешь, как Нокс застёгивает свой спальник, или не хочешь застегнуть его вместе с ним, может, провалишь? Веселье начинается завтра утром, а сейчас ты уже всё высказал.
Камерон поднял руки, как будто его арестовали, но с наглой ухмылкой ушёл к другим оценщикам.
— Я сам справлялся, — сказал я, переступая порог спортзала. Внутри уже было человек пятьдесят: кто-то раскладывал спальники, кто-то выстраивался к длинным столам с едой и напитками.
— Отвали и займись своими людьми, — прошипел Райкер, лишив меня его выверенной маски хладнокровия, которую он только что показал Камерону. Нет, я получил полный комплект бокового взгляда, пока он мрачно шёл вперёд.
— Значит, он всё ещё злой, — заметил Баш, догнав меня.
— Это похоже на правду, — я показал своим, где раскладываться, и мотнул головой Чансу, когда тот попытался устроиться рядом с Тейлор. Нет уж, только не под моим присмотром.
— Но вы же поговорили, верно? — Баш уставился на меня своим прямым, без всяких «но» взглядом.
— Если под разговором ты имеешь в виду, что он сказал: «Не уверен, что смогу перестать тебя бить, если начну», а потом мы коротко обсудили, что с пацанами, то да, поговорили, — я быстро расстелил спальник.
— То есть поводов для напряжения нет, — саркастично уточнил Баш, оглядывая Райкера, что устроился в нескольких рядах от нас.
Я скривился.
— Отлично, — буркнул он с ядовитой иронией.
Спенсер вернулся с обновлением, но ситуация почти не изменилась с предыдущей сводки. — Спать, — приказал он. — С рассветом выдвигаемся в горы.
Баш позвонил Эмерсон.
Райкер позвонил Харпер.
Я никому не звонил и уверял себя, что решение принято ради экономии заряда, ведь пожарных тут было больше, чем розеток.
Заснув, я успел увидеть сон о Харпер, который длился будто десять минут, прежде чем меня растормошили.
— Уже пять? — пробормотал я, моргая на Баша. Позади стоял Райкер, челюсть сжата.
— Четыре тридцать, — прошептал Баш. — Одевайся тихо. У нас собрание на улице.
Я натянул обратно те немногие вещи, что снял, — спать в полной экипировке я давно научился, зашнуровал ботинки, протёр глаза от сна и последовал за Башем и Райкером сквозь ряды спящих пожарных из спортзала.
Предрассветный воздух был прохладным, но густо пропитанным дымом. Этот запах будил меня куда лучше любого кофе. Запах смерти для тех, кто засыпал неподготовленным.
Мы прошли через парковку к детской площадке, освещённой уличными фонарями.