Я окинул взглядом окрестности и заметил, что Райкер делает то же самое, тогда как Баш просто развернулся к нам. — Где все?
— Это и есть все, — ответил Баш.
— Ты сказал, что у нас встреча? — Райкер застёгивал рубашку.
— Встреча и происходит. Мы трое.
— Я обратно спать, — рявкнул Райкер и развернулся к спортзалу.
— Считай это заседанием совета директоров Legacy, LLC, — парировал Баш.
— Ты серьёзно, — пробормотал я, пригладив взъерошенные волосы.
— У нас нет совета, придурок, — Райкер снова повернулся к нам, скрестив руки. — Мы управляющие партнёры.
— Да плевать кто мы! Вы двое будете разговаривать.
Я глянул на Райкера. Он ответил злобным взглядом.
— Доброе утро, Нокс, — скривился он, повернувшись к Башу. — Вот, разговариваем. Доволен?
— Это не шутки! — голос Баша повысился. — Сегодня у нас единственный шанс! — Он махнул рукой в сторону оранжевого зарева на хребте, из-за которого казалось, будто солнце встаёт на западе. — Всё, ради чего мы работали, годы и деньги, что в это вбухали, всё сводится к сегодняшнему дню. И вы всё угробите, если не разберётесь со своим дерьмом.
— Никто же не знает... — начал Райкер.
— Все прекрасно знают! — перебил Баш. — Я удивлён, что горсовет пресс-релиз не выпустил, когда Харпер собрала вещи и ушла от тебя, Нокс.
Я крутанул на пальце платиновое кольцо.
— И все за нами наблюдают. Совет ждёт, что мы облажаемся, город ждёт, что мы будем их представлять, а комиссия высматривает каждую ошибку. И та команда в зале, за которую мы дрались, чтобы собрать, они все ждут, что вы двое будете работать вместе и вести свои отряды.
На плечи опустились вина и ответственность.
— Вы правда думаете, что наши отцы хотят смотреть сверху и видеть вас вот такими? — Баш вскинул брови, словно нанёс смертельный удар.
— Думаю, мой отец бы надрал ему зад за то, что произошло с Харпер, — пожал плечами Райкер.
— Да чтоб тебя, — я развернулся к своему старому другу. — Мы должны были разобраться с этим ещё вчера.
Он сузил глаза. — Разобраться с тем, что ты обвиняешь её в том, что мальчики вернулись к Нолану?
— Не мой лучший поступок.
— Очевидно.
— Она ушла от меня, Райкер. Она собрала вещи и ушла до того, как я вообще успел осознать, что произошло в суде в тот день. Я уехал на пожар с женой и двумя детьми, а вернулся... с ничем.
— Ты сам её вытолкнул, — обвинил он.
— Я знаю! — выкрикнул я, сжимая руки в кулаки. — Ты, блять, думаешь, я этого не понимаю? Думаешь, я не жалею о каждом слове, которое вылетело тогда изо рта? — Я покачал головой, тщетно пытаясь объяснить, подобрать слова для описания того ада последних дней. — Когда дошло до серьёзного, она не поверила, что я останусь. И, чёрт возьми, с моей репутацией я её не виню. Она ведь так и не расторгла договор аренды на квартиру. Что ты хочешь, чтобы я сделал, Рай?
— Перестань доказывать, что она была права, идиот. — Он провёл руками по лицу. — Именно этого я и не хотел, чтобы случилось…
— Я знаю, ты внёс её имя в список…
— Да нахер не нужен этот список! — взорвался он. — Я не хотел становиться посредником между вами двумя, но вы оба такие самодовольные. Она не оставляла запасной выход на случай твоего неизбежного косяка, Нокс. Она пыталась сдать квартиру посуточно, чтобы подзаработать.
— Что? — Вся злость вылетела из меня.
— Если бы ты хоть раз удосужился спросить, она бы тебе сказала.
Я несколько раз открыл и закрыл рот, пытаясь найти слова, которые не выставили бы меня полным мудаком.
Райкер приподнял бровь.
— Я не спрашивал, потому что не хотел знать, — наконец признался я. — Она и так нервничала из-за второй свадьбы, а всё выглядело чересчур идеально, чтобы быть правдой. Я не хотел рисковать и лопнуть этот пузырь.
— Он и так лопнул.
— Да уж. — Я развёл руками. — Я не планировал всего этого, Райкер. Ни того, что она окажется у меня в доме, ни того, что я привяжусь к мальчишкам, ни того, что причиню ей боль.
— Да, знаю.
— Если бы я мог это... — Я замер. — Что?
— Я знаю. — Он пожал плечами. — Я не думаю, что ты сделал ей больно нарочно, Нокс. Думаю, ты просто не умеешь держать язык за зубами, и тебе стоит поучиться чему-то у дошколят, но я никогда не думал, что ты сделал это специально.
— Дошколята, — повторил я, игнорируя сдавленный смешок Баша.
— Ага. — Райкер кивнул. — Думаю, когда всё пошло наперекосяк, вы начали воевать друг с другом вместо того, чтобы пройти через это вместе. Она не дала тебе возможности всё переварить, а сама почувствовала себя брошенной. А ты посмотрел на неё — и подсознательно увидел свою мать, уходящую от тебя.
И мы с Башем уставились на него.
— Впечатляющий анализ для человека, который избегает отношений, как венерических болезней, — медленно заметил Баш, подняв брови.
Райкер скользнул взглядом между нами и закатил глаза.
— Да пошли вы. Это азы психологии. И то, что я предпочитаю не вступать в отношения, не значит, что я некомпетентен. Просто это полный рабочий день — наблюдать, как вы оба завязываетесь в узлы из-за женщин.
Свет в парке сменился на предрассветное сияние. Пора было поднимать команду. — Я не знаю, что делать с Харпер, Рай. Она сделала свой выбор, и я не могу пообещать ей, что в следующий раз, когда что-то пойдёт не так, я окажусь рядом. Никто из нас не может.
Он уставился на мою левую руку. — Тебе вообще в голову приходило, что, может, она хотела, чтобы ты пошёл за ней?
Я нахмурился. — Нет.
Теперь уже Баш таращился на меня. — Серьёзно?
— Серьёзно, — кивнул я. — Она никогда не играла в игры, и потом, что я мог бы сказать, чтобы всё исправить?
Райкер моргнул. — Ну, я не знаю, может, взять пример с любого мужика в истории, которому приходилось бороться за свою женщину?
Я посмотрел на единственного парня, который был в отношениях — на Баша.
Баш встретил мой взгляд, потом рассмеялся. — Господи, ты же шутишь, да? Начни с извинений. Только без цветов, иначе она подумает, что ты даришь их только когда облажался.
— Тебе, может, записывать стоит, — театральным шёпотом вставил Райкер.
— Заткнись, — отрезал я.
— Скажи ей, что облажался. Скажи, что это больше никогда не повторится — и сдержи слово. — Баш ткнул в меня пальцем. — Для них это важно. Вымоли прощение. И закончи тем, что будешь любить её до последнего вздоха. А потом жди приговора.
— Сказать ей, что я её лю… — Я едва успел прикусить язык, чтобы не договорить.
— Ты. Её. Любишь, — повторил Баш. — Чёрт, может, тебе и правда ручка нужна.