– Есть вести от Магистра Гумберта? – вопрос волновал всех, и напряжённое молчаливое внимание это подтверждало.
– Нет.
– Как такое может быть?
– Ни гонца, ни письма?
– И что делать дальше?
– Позволить чернецам разгуливать по Цитадели, как по своему дому?
– Мартин, ты в себе уверен?
«Странный вопрос», – подумал Вик, но потом понял, спрашивают другое. Ты уверен в своем скрывающем рисунке, Мастер?
– Уверен. Хотите, сами попробуйте найти пятый.
– Мальчик точно в Затмении?
Мартин кивнул.
– Из-за него проблем не будет?
Мартин пожал плечами:
– Именно поэтому, чем быстрее они закончат обыск, тем спокойнее. Откройте все двери, какие попросят, проведите по всем подвалам и коридорам. Дайте своих людей в сопровождающие. Время это очень важно.
Дождавшись волны согласных кивков в ответ, Мартин удовлетворенно улыбнулся и с явным облегчением откинулся на спинку кресла.
Мальчишка ворвался без стука и разрешения, всклоченный, точно вырывался из чужих рук, которые, пытаясь задержать, хватали за что придётся, один рукав почти оторван:
– Чёрные… Они пришли в школу. Директор сказал, сверяют списки.
«Интересно. Существуют ли ещё в этом мире слова, что заставили бы брата Мартина так быстро вскочить на ноги? Не будет никакого обыска. Здесь запахло войной».
Свой блокирующий рисунок инквизиторы нанесли прямо поверх камней брусчатки. Четверо пацанов лет десяти-одиннадцати и девочка лет пяти, которую утешал один из мальчиков, что выглядел постарше. «Неучтёныши», – он знал кто они такие.
Церковь разрешала принимать на обучение только детей из рук родителей. Перед приёмом кандидаты проходили проверку, на отсутствие преступлений. Разведчики могли найти и разъяснить. Они не имели право забрать из семьи или просто подобрать сироту. Не подходили и те, за кем уже числилось проявление Силы, направленное против человека. А сюда Единая включала всё: мелкий толчок в детской игре, самозащита от хулиганов, не дай бог, вызванный спонтанно ветер. И братья нарушали закон, поводили детей втихую, без официальных церковных бумаг. Поэтому и учеников в Школе было в два раза больше, чем числилось. ВСЕ знали об этом, но никогда не вспоминали. Негласное правило, «вошёл за стену – ты брат», признавали и патриарх, и инквизиторы. До сегодняшнего дня.
По углам рисунка четверо в чёрном. Вик прямо чувствовал взведённые рисунки, прикрытые грубой тканью сутан. Он смотрел на детей и сначала не понял, от чего ему так тошно на них смотреть. Потом только разглядел красные шнуры со сложной вязью узлов на шее у каждого, как собачьи или рабские ошейники. На детях. «Мне чужаку нехорошо, – Виктор чувствовал, как встают дыбом волосы на затылке. – Для остальной Цитадели, они – общие дети. Так и проливают первую кровь».
Инквизитор вытащил за руку ещё одного парнишку с алым плетением на шее. Он не был груб с ним, не бил, не толкал. Просто тянул за руку, мальчик упирался изо всех сил. А люди за спиной Виктора вдруг качнулись вперед, и ему показалось, его чем-то накрыло. Как огромной периной, навалилась усталость, прижала ноги к земле, руки к телу. Вик стоял в первом ряду и, двинувшись вперёд, толпа притиснула его к самому крыльцу школы. «Большой рисунок, однако. Силен ты брат Бейн», – думать заклинание высокого старшего инквизитора, что вышел из распахнутых дверей не мешало.
– Остановитесь! Мы в своем праве!
– В праве?! Какое отношение ученики имеют к разведчикам пятого?
– Простите, брат Главный Мастер, но вы внимательно читали предписание патриарха?
«Неужели, он прокололся и не просмотрел новый документ? Хоть по диагонали? Хотя зачем? Кто мог подумать, что изменения не закончатся на печати и подписи? Иное предписание… О чём?»
Вик со своего места видел только профиль лучшего рисовальщика Ордена, но не нужно было заглядывать в глаза Мартина, чтобы увидеть в нём тот же вопрос. А Бейн продолжал:
– Не читали? Что же, – инквизитор с видом победителя неторопливо принял из руки подчиненного уже набивший Ордену оскомину свиток.
– Именем Единой Церкви приказываю братьям инквизиторам провести обыск Цитадели и призвать к ответу всех незаконно находящихся на её территории лиц, – Бейн аккуратно свернул документ в тугую узкую трубку. – Не думаю, что патриарх предполагал, насколько угрожающей сложилась ситуация во вверенном Магистру Гумберту Ордене, – Бейн проводил выразительным взглядом очередного ребёнка, что выводил мимо него ещё один парень в чёрной сутане. – Но Единый не оставляет своих детей милостью своей. Видимо, именно он водил рукой Его Святейшества. Сколько уже? – резко бросил он через плечо в раскрытую дверь.