Правда, вопрос Наруто никак не касался тем, которые вызывали у меня опасения. Одноклассник вежливо попросил познакомить его с работающим на меня мастером фуиндзюцу, тем самым, из мастерской шоковых печатей. Узумаки, наконец, нашёл то, в чём он сможет превзойти остальных, и горе тому безумцу, что станет на его пути, пути будущего Каге!
14. Тайны печатей
Нельзя сказать, что у меня были особенно хорошие отношения с тем самым мастером. Да если серьёзно, то вообще мало у кого могли быть приличные отношения с этим жёлчным, неприятным типом.
Причины его недовольства жизнью и всеми окружающими понять довольно просто. Всё же, когда шиноби уже под сорок, он генин, и не имеет никаких шансов поднять ранг по причине смехотворного количества чакры, а не слишком значительные способности к фуиндзюцу нашли применение только благодаря страшному дефициту мастеров данного направления в селении, нет особых причин радоваться жизни.
Вскоре после атаки Кьюби на Коноху, Учиха Фугаку выкупил не слишком пострадавшую мастерскую одного из погибших Узумаки, ранее поставлявших шоковые печати полиции, и нанял его ученика — просто за неимением лучших вариантов. Со временем, Товаши-кун втянулся, освоил взрывные и шоковые печати, ещё кое-что, по мелочи, и даже начал помаленьку вкладывать заработанные средства в свою мастерскую, собираясь со временем обрести независимость.
Именно с его попытки обрести эту самую независимость, и пошли наши размолвки. Впервые с Товаши-саном я пересёкся через пару дней после договора с Хокаге и сохранения полиции. Мастер явился ко мне с документами, и пожелал выкупить своё предприятие. На тот момент оно на 30 % находилось в его собственности, но вот сумма, предложенная за долю Учиха, оказалась просто смехотворной. Не знаю, на что он рассчитывал, на то, что восьмилетний сопляк радостно ухватится за живые деньги, или просто не сумеет разобраться в финансовых документах, но дело закончилось скандалом. Следующая встреча состоялась лишь через месяц, уже после того, как упрямый мастер удостоверился, что через администрацию и даже Хокаге лично «справедливости» ему не добиться. Мы заново перезаключили договор, причём, в отличие от предыдущего, поставлять чакропроводящее дерево для изделий и получать печати по льготным ценам должна была уже полиция, а не клан Учиха. Товаши отчаянно не желал иметь дело напрямую с «наглым сопляком».
Насколько мне было известно, сейчас мастерская работает вполне удовлетворительно, у мастера два помощника (у обоих куда более приличное количество чакры, для наполнения печатей), и доля Товаши сейчас составляет 33 %. Авось, к пенсии станет независимым.
Именно об этом человеке я и рассказал Наруто, прицепившемуся ко мне, как пиявка. Узумаки слегка погрустнел, но от своей идеи не отказался. Конечно, в моей мастерской нам, скорее всего нахамят, и попытаются побыстрее выставить, но в любую другую и вовсе не пустят. Всё же, фуиндзюцу вещь серьёзная, и кого попало к производству не допускают. Коноха старается сохранить своё преимущество, возникшее как из-за долгой дружбы с Водоворотом, так и за счёт стратегического запаса чакра-дерева, из лестных массивов, некогда выращенных первым, и сейчас охраняющихся, как зеница ока. Я об этом знаю не понаслышке, всё же, мне приходится регулярно подписывать бумаги на вырубку, обязательства, что дерево пойдёт именно в Коноху, и помимо моей подписи, там расписываются Шибата, а также дежурный капитан АНБУ и секретарь Хокаге.
Мастерская стояла в районе новостроек. Здесь было довольно людно — жилые дома давно скрыли место, куда пришёлся удар биджу. Ремесленники, крестьяне, бесклановые шиноби, женщины, дети так и сновали вокруг, торговцы зазывали покупателей, покупатели торговались. На фоне бьющей ключом жизни, тихая мастерская казалась мрачной и неприветливой. Положение усугубляла запечённая корка земли вокруг, лишь кое-где взломанная травой. В отличии от своих соседей, мастер не жаждал благоустраивать прилегающую территорию, само строение в порядке — ну и сойдёт.
Я, на правах совладельца, первым подошёл к дверям и… И ничего. Проём двери перегораживал светло-жёлтый барьер. В своё время патрульные уже жаловались, что мастер частенько во время работы ставит барьеры на дверь и окна «чтобы шум не мешал концентрации». На самом деле, я думаю, что его не так уж часто отвлекают, просто у Товаши отвратительный характер, и он обожает, когда посетители мнутся у дверей, ожидая, пока их соблаговолят заметить. Комплексы в полный рост!