Нет, не стоит считать, что Наруто специально издевался над Ирукой, доставалось и другим учителям. Ну а на ком ещё начинающий мастер Фуиндзюцу будет проверять свои идеи? Даже директору довелось испытать на себе мастерство Узумаки, немолодой шиноби любил покрасоваться перед молодёжью, и эффектно выпрыгивал из окна своего кабинета на третьем этаже… до одного неприятного дня, когда окно оказалось перекрыто невидимым барьером.
И как раз мнение директора и стало решающим в споре Ируки и Мизуки сенсеев (последний утверждал, что отказом они делают хуже сами себе!). Наруто предложили попробовать пересдать эдак через полгодика.
Узумаки был в шоке. Похоже, он никак не мог решить, что теперь делать — разреветься, пойти ругаться с Хокаге по поводу оскорбления главы древнего клана Узумаки, или же начинать чертить прямо на стене академии взрывную печать рекордных размеров.
А я вынужден был задуматься о каноне. Вроде бы, просчитываешь события, планируешь — а судьба ли, злой рок, или чья-то воля одним махом возвращает всё на круги своя. Вот что мне делать, если моего безмозглого союзника таки оставят на второй год? Нет, можно, конечно, придумать способ, и выбить протектор для Узумаки, уже сейчас по совокупным способностям превосходящего среднего генина. Но это займёт время, как минимум, несколько дней, и распределение пройдёт совсем по-другому. Мои и так весьма фрагментарные знания о грядущих событиях окончательно утратят свою ценность, да и общее дело восстановления наших кланов изрядно осложнится.
Придётся надеяться лишь на канонную и не слишком правдоподобную историю с попыткой похищения свитка первого Хокаге. Терпеть не могу, когда от меня ничего не зависит!
Всё, что я сейчас могу — это немного вправить мозги Узумаки, чтобы с горя не сотворил чего-нибудь… ну, у меня просто фантазия отказывает! В своих попытках овладеть прямым Фуиндзюцу — то есть, накладываемым непосредственно на противника, без промежуточного звена, вроде бумаги, Наруто уже успел начудить, и последствия его экспериментов могут заставить задуматься. Сейчас в академии есть место с полным отсутствием чакры — шиноби там становится жутко неуютно из-за быстрого истечения чакры, а обычный человек, теоретически, может даже умереть. Проверять никто не решился, эту аудиторию закрыли и намертво запечатали. Где-то в подсобке хранится парта с утроенной силой тяжести. Переносили мы её в подсобку вчетвером, после того, как директор счёл негуманным садить за неё детей в качестве наказания. А история с любимой табуреткой Товаши? Наруто учился запечатывать в свиток крупные объекты, немножко ошибся, и запечатал табуретку непонятно где. Во всяком случае, в свитке ничего не обнаружилось, да и поиски в мастерской успехом не увенчались. В конце концов, Узумаки сколотил сенсею новую табуретку, и хотя тот временами вспоминает (из чистой вредности) старую, вполне доволен и новой. Кто может похвастаться, что сидит на творении рук главы одного из древнейших кланов?
А уж вариации на тему стандартных печатей уже давно используют для наказания провинившихся шиноби. Результаты совершенно непредсказуемы, и, как на грех, если получается что-то толковое, Наруто, как правило, не помнит, как именно он сварганил очередной удачный экземпляр.
Именно обо всех этих успехах я и собирался напомнить своему непутёвому союзнику, но не успел… Узумаки обнаружился за углом академии, в компании Мизуки-сенсея!
Подходить я не стал, чтобы не помешать, и подслушать тоже не удалось, всё же, Мизуки был достаточно опытным шиноби, и отлично подобрал место для беседы.
А вот что оказалось для меня полной неожиданностью, так это то, что Наруто отказался рассказать, о чём с ним говорил сенсей! Нет, понятно, что Мизуки просто обязан был предупредить, что трепаться о «секретном экзамене» не стоит, но я всё же рассчитывал узнать подробности, чтобы подстраховать. Но уязвлённая гордость достойного представителя Узумаки толкала его на авантюру — не хватало ещё, чтобы приятель вмешался и получил часть причитающейся герою славы!
Похоже, придётся страховать балбеса тайно. Хотя, по поводу балбеса… Изучая кланы с улучшенным геномом, я обратил внимание на некоторое несоответствие. Те же Узумаки, описывались, как высокие, физически сильные люди, и Наруто, с его ростом ниже среднего никак не подходил под описание. Но если вспомнить одно из неофициальных названий Водоворота — деревня долгожителей, можно сделать интересные предположения. Что, если геном, позволяющий Узумаки жить лет двести, заодно влияет и на скорость развития? Может, Наруто просто ещё предстоит повзрослеть и поумнеть — годам эдак, к тридцати? Это обычные шиноби считаются взрослыми с двадцати или с момента получения звания чунина, а женят их и вовсе с пятнадцати. Всё же, высокая смертность профессии вносит свои коррективы в обычаи и традиции. Сейчас и спросить не у кого, с какого возраста может считаться взрослым Узумаки.