— Я не буду сдерживаться, так что, если желаете добыть бубенчик, нападайте так, как будто желаете убить!
Сакура явно собиралась возразить, но промолчала. Что творится с этой девчонкой? Я надеялся, что в её возрасте потеря иллюзий будет воспринята легче.
Наруто напрягся, было, перед рывком, и я лишь в последний момент успел его удержать:
— Стой! Сенсей ещё не объявил о начале!
Какаши усмехнулся, и рявкнул:
— Начали!
Я немедленно перебрался в ближайшие кусты, там резко изменил направление, пробежался вдоль поляны, и занял удобное место за деревом. Наруто пыхтел следом за мной, Сакура со своим увесистым снаряжением за нами не успевала, но тоже спряталась.
— Ну что? Ты с одной стороны, я с другой?
Узумаки горящими глазами смотрел на беспечно стоящего посреди поляны Какаши, но кидаться в драку не спешил — в спаррингах с чунинами-полицейскими ему не раз доставалось на орехи, а уж когда выходил поразмяться сам Сибата-сан, и те самые чунины летали птичками.
— Нет уж, этого лобовой атакой не проймёшь. И теневые клоны не помогут.
Я на минуту задумался, прикидывая возможности.
— Значит, так, ты начнёшь одним клоном, разыгрываешь неумеху, затем, когда сенсей расслабится, атакуешь сразу десятком, Сакура поддержит с расстояния метательными средствами, а я попробую сбить его с толку с помощью Гендзуюцу. Эй, Наруто, ты слушаешь?
— Сакура… — Потеряно выдавил Узумаки, глядя на поляну.
Я глянул тоже, и схватился за голову — эта придурочная ринулась в драку в одиночку! Какаши, похоже, тоже удивился, но это ему не помешало:
— Урок первый — тайдзюцу!
Ну что сказать — жалкое зрелище! Сначала розовая мстительница ринулась в лобовую атаку, как носорог, выставив перед собой кунай. Наставник, не напрягаясь, захватил оружие двумя пальцами, с лёгкостью вырвал из хватки девочки, и вогнал в дерево прямо над моей головой. Ага, намёк понял, меняю диспозицию.
На дальнейший поединок было жалко смотреть. Сакура с упорством, достойным лучшего применения рвалась в бой, пыталась достать белобрысого наглеца снизу, сбоку, спереди и сзади, кунаями и шурикенами, а этот тип вынул книгу, и делал вид, что читает, тем не менее, каждый раз легко перехватывая очередное орудие убийства, и его броском отмечая наши с Наруто меняющиеся укрытия. Пока что, от своих атак страдала только сама девчонка, регулярно вспахивая носом пыльную полянку.
Утратив последний кунай, нечто основательно вывалянное в пыли, ничуть не напоминающее аккуратную девочку с волосами необычного цвета, с трудом поднялось на ноги, напитала чакрой руку, и ринулось в очередную безнадёжную схватку. Но белокурая бестия легко перехватил удар, и заломал руку девчонки за спину:
— Плохо. Просто отвратительно! Ни техники, ни скорости, чакры немного, и той пользоваться не умеешь. Мне встречались обычные бандиты гораздо опаснее, чем ты! Может, выберешь мирную профессию?
Ярко-зелёные (единственные, оставшиеся яркими на сером от пыли лице) глаза подозрительно заблестели, и две мокрые дорожки побежали по щекам… А в следующий миг Какаши пришлось отшвырнуть девчонку, и завертеться юлой, отбивая целую тучу метательного оружия — пятьдесят взбешенных Нарут неслись в драку. Я быстро обернулся — и выругался сквозь зубы. Настоящий тоже ринулся бить сенсея. И с кем мне теперь договариваться о совместных действиях?
Тем временем несколько клонов подхватили измученную девчонку, и уволокли в лес, в то время, как остальные предались увлекательнейшему занятию — взаимному мордобою. Хитрый Какаши быстро применил Хенге, притворившись одним из клонов, и сейчас оранжевая орда выясняла ху из ху простейшим методом.
— Настоящий здесь? — Четвёрка эвакуаторов переглянулась, и синхронно замотала головами. Идиот! Мало того, что полностью потерял голову, так ещё и такую возможность упустил! Ну нравится девушка — тащил бы сам, заодно за некоторые места подержался бы, нет, отправил копий, которые несли тушку за руки, за ноги, а сам остался на открытой месности… Ну, сам напросился!
Тратить сразу все Шурикены не хотелось, так что я быстро сложил печати, создавая пару собственных теневиков, а затем, уже втроём, мы обрушили настоящий стальной ливень на ноги и зады оранжевых недоразумений.
— Сдурел, Саске!? — В считанные секунды настоящий Узумаки стоял рядом со мной, и грозно потрясал шурикеном, другой рукой держась за пострадавший зад.