Покидал директора в задумчивом состоянии. В чём-то он безусловно прав. Мне всего тринадцать лет, хочется общения со сверстниками, быть простым подростком, а не главой рода. Свои эмоции я спрятал глубоко внутри, не позволяя себе лишний раз расслабляться. Вместо игр и развлечений, я вынужден заботиться о других. Неспеша мои мысли перешли от сегодняшнего дня к воспоминаниям прошлого.
С трёх лет тётя стала давать мне работу, требуя безукоризненного исполнения. Пока Дадли беззаботно играл я пропалывал цветы, убирался, помогал тёте на кухне. Жил я в чулане под лестницей. За проявление магии меня наказывали и лишали еды. С возрастом обязанностей становилось больше. К шести годам я научился не проявлять свою "ненормальность" и родственники немного успокоились. У кузена появились друзья, с которыми он часто доставал меня. Дядя и тётя души не чаяли в сыне и всячески его баловали. Ночами я мечтал о родной семье. Представлял как мы все вместе ходим в зоопарк или на аттракционы. Папа обязательно был самым сильным и смелым, а мама доброй и заботливой. Как-то случайно я услышал разговор дяди Вернона и тёти Петунии.
"– Вернон, Гарри выглядит вполне адекватным. Может стоит ему рассказать правду о родителях?"
"– Петуния, мы не знаем что от него ждать, когда он узнает о них. Ты забыла, что нам пришлось пережить, пока он был ещё маленьким? Сколько ты ночей не спала, утешая Гарри? У тебя не было сил даже на нашего сына. А эти даже не объяснили, как растить таких как он. Они выкинули его как щенка. Лишь строгость воспитания и чулан помогли нам в его усмирении. Мне тоже жаль парня. Своими бы руками придушил этих не нормальных. Я надеюсь, что когда он повзрослеет, то он сможет понять наши мотивы"
"– Ты прав. Я лишь боюсь увидеть презрение в его глазах, так похожих на глаза Лили."
"– Мы справимся, Петти."
Этот разговор перевернул моё представление о родственниках и окружающем мире.
– Гарри. Гарри!
Я вынырнул из воспоминаний и посмотрел на стоящего рядом Нотта. Мы стояли в холле возле главной лестницы.
– Еле дозвался. Ты о чём задумался?
– О жизни.
– Так. Пошли в вашу гостиную, – быстро сориентировался Теодор.
Дошли мы быстро. В гостиной сидела вся наша компания. Нотт усадил меня в кресло.
– Рассказывай.
Я и рассказал: о разговоре с Дамблдором, о своём детстве.
– Гарри, – подошла Луна и села на подлокотник кресла. – Он пытается управлять тобой. Знай, мы всегда тебя поддержим, что бы не случилось. Вспомни о сестре. Так ли ей хорошо жилось с родителями? А что с ней будет если ты поддашься на уговоры АДа? И какая будет твоя жизнь рядом с ними?
– Полумна права, Гарри, – согласился Малфой. – Не поддавайся уговорам белобородого, иначе проиграешь. У тебя не простая судьба, но ты сам решаешь какой она будет. В противном случае решать будут за тебя. Ты уверен, что такая жизнь тебе понравится? И ещё. Я что зря занимаюсь поиском невест?!
– Всё, я понял, – поднял руки "сдаваясь". – Сердить Драко Малфоя себе дороже. Это просто минутная слабость. Я вам не говорил, но порой кажется, что я не справлюсь...
– Мы в тебя верим и всегда будем рядом, – улыбнулись ребята.
– Спасибо вам. А давайте что-нибудь натворим, – предложил им.
– У нас есть несколько пылесосов не переделанных для охоты на мышей, – задумчиво сказал Терри. – Можно сделать первый вариант, убрав из меню дементоров, и полетать.
– Точно! Близнецы же обещали прокатиться на не до конца изменённых аппаратах, – оживился я.
У нас закипела работа. Мы прервались лишь один раз для того, чтобы сходить на обед, и вновь вернулись к работе. К ужину всё было готово. Оставалось вынести наши творения на улицу и активировать их. Но пришлось отложить до завтра испытания в полевых условиях.
По дороге к Большому Залу мы ловили на себе взгляды Грифов полные опасения. С чего бы это? Мы им ничего плохого не сделали, а что настроение хорошее, так не всегда же нам унывать.
– Драко, а что с Грифами не так? Они нас явно боятся, – спросил друга.
– Да кто ж их разберёт, – ответил он. – На придумывают себе ужасы, потом трясутся от страха. Смотри, вон уже мчится твоя "подружка" отношения выяснять.
К нам приближалась Гермиона, внешний вид которой говорил о её воинственном настрое.
– Что вы задумали? – сверкая глазами спросила фурия.
– Тебя это не касается, Грейнджер, – включив режим слизеринского принца ответил Драко.
– Я не с тобой разговариваю, Малфой!
– Другого ответа ты не получишь, – ответил я.