- Это не ваше дело, - ответила она сквозь зубы. - Это мои дети, и я буду воспитывать их так, как считаю нужным.
Илья пропустил ее слова мимо ушей и продолжил:
- Может быть, достаточно побыть с ними ночью? Когда я был маленьким, моя мать так и поступала - ложилась спать в моей комнате.
- Они не настолько маленькие, им скоро исполнится десять.
- Ну и что? Это же ваши дети, неужели вам их не жаль? Им же страшно! Кто, кроме вас, может их защитить? Я не говорю о том, реальны их страхи или нет, это не имеет значения. Вместо того, чтобы позвать маму, они побежали искать защиты у товарища, ну куда же это годится!
- Извините моих детей за то, что они вас побеспокоили! - отрезала Вероника.
- Я это переживу, - кивнул Илья, - и дело не в том, что они меня побеспокоили, а в том, что они побоялись беспокоить вас.
- У вас все? - Вероника поднялась.
- Нет, представьте себе.
- И что еще вы намерены мне сообщить? - она не села, но пока и не ушла.
- Вам не кажется странным, что со времени приезда сюда ваши дети не спали ни одной ночи нормально?
- Нет, не кажется. Это просто перемена места, изменение режима. И их фантазии, которым я не намерена потакать.
Илья поморщился и все же сказал то, ради чего сюда пришел:
- Вы можете считать это их фантазиями, от этого ничего не меняется. Вам поставлен срок - до купальской ночи вы должны покинуть Долину.
- Что-о-о? Повторите, что вы сказали!
Илья вздохнул и тихо повторил:
- До купальской ночи вы должны покинуть Долину.
Вероника нервно расхохоталась.
- И что же будет, если мы этого не сделаем?
- Вы умрете, - еще тише сказал Илья.
- И кто же нас убьет?
- Долина.
- Это вы придумали сами или кто-то попросил вас мне это передать?
- Меня попросили передать.
- Да? И кто же?
- А вот та самая синяя тетка, которая догоняла ваших детей, когда они бежали ко мне в избушку.
Вероника презрительно приподняла верхнюю губу, красивым жестом указала Илье на дверь и шепнула:
- Вон отсюда.
Илья поднялся и вежливо кивнул:
- До свидания.
Он развернулся на пятках и направился к двери, когда его догнал вопрос:
- Надеюсь, у вас в избушке нет паразитов?
Илья стиснул кулаки и оглянулся. Но вовремя взял себя в руки, смолчал и хлопнул дверью, надеясь, что ей на голову от его хлопка свалится-таки какая-нибудь балка.
По мере того, как он приближался к избушке, злость его потихоньку проходила, но мысль о том, что надо бы позвонить Залесскому, Илью не оставляла. Конечно, Вероника могла только прикинуться равнодушной, чтобы досадить ему, но он не был в этом уверен. Звонить Залесскому совсем не хотелось, тем более жаловаться ему на его собственную жену и лезть в чужую семейную жизнь. В конце концов, это их дети, пусть делают, что хотят. Но стоило ему представить себе испуганных близняшек, кинувшихся к нему из темноты, как он тут же оставлял всякие мысли о тактичности звонка.
Он так и не решил, будет звонить или нет, когда увидел, что на повороте остановилась машина и из нее вышли новые покупатели, - судя по тому, как они оглядывались по сторонам, это были именно покупатели.
Приехавших было двое: мужчина лет пятидесяти, невысокий, с объемным брюшком, с залысинами и в очках, и девушка, совсем молоденькая, лет двадцати, не больше, но с печатью опыта на симпатичном личике. Илья присмотрелся - лицо девушки показалось ему знакомым, но где и когда он ее видел, вспомнить не мог. Как вдруг она раскинула ладошки в стороны и радостно закричала:
- Ба! Ничего себе встреча! Дядя! Вот это да!
Она повернулась к своему спутнику, которого Илья по ошибке принял за ее отца, ориентируясь на разницу в возрасте:
- Это мой дядя, прикинь!
- Привет, Танюша, - усмехнулся Илья. Конечно, узнать Таньку в таком шикарном наряде, да еще и с таким респектабельным кавалером, было нелегко.
- Родственник твой, значит? - с добродушной улыбкой спросил ее спутник.
- Я - младший брат ее матери, - сдерживая усмешку, ответил Илья и на всякий случай для убедительности добавил: - Из Норильска.
- Очень приятно, - вполне дружелюбно ответил мужчина и протянул руку. - Меня зовут Рудольф.
Так и подмывало спросить, не выигрывал ли он у кого-нибудь в бильярд на глазах «племянницы».
При том, что внешность мужчины издали производила впечатление пародии на богатого папика, он оказался несомненно приятней и интересней, чем на первый взгляд. У него было симпатичное, открытое лицо и обаятельная улыбка, он не проявлял никакого высокомерия, хотя, судя по стоимости его машины, мог себе это позволить. На нем был безупречный костюм, пахло от него дорогим парфюмом, а очки, очевидно, стоили больше, чем Илья зарабатывал в месяц.